Чаша любви

19

 Дети притихли. Это было на них совсем не похоже, и Бригид начала понимать, что они очень напуганы. При этом крылатые мальчишки и девчонки не хныкали, как это делали бы дети обычных людей. Они стали очень тихими и внимательными. Охотнице это очень понравилось. Она испытала к ним уважение, настоящую признательность и возблагодарила Эпону за их зрелое поведение. Ребятишки сбились в группки, молча и терпеливо сидели вокруг Сиары, которая торопливо разводила костер. При этом шаманка наблюдала за тем, как Нара осторожно придерживала крыло Лайэма, пока Кухулин нес мальчика вниз.

Бригид едва сдерживалась, чтобы не торопить Ку, и беспокойно шагала взад-вперед, не спуская глаз с прохода. Им с Кухулином предстояло идти в замок Стражи, встретиться с воинами, рассказать им, почему они решили воспользоваться этой тропой, объяснить, что новые фоморианцы вовсе не армия, вторгшаяся из Пустоши, а дети и доброжелательные взрослые, которых пообещала приютить предводительница клана Маккаллан.

Конечно, воинам было все известно. Мать Кухулина всей стране объявила о скором прибытии изгнанных детей Партолоны. Возможно, не все были рады прибытию новых фоморианцев, но их ждали. Этейн была Избранной Эпоны, а Эльфейм почитали, потому что ее коснулась Богиня. Их участие в судьбе пришельцев означало, что народ Партолоны не поднимет оружия против новых фоморианцев. Подобный поступок был бы вызовом, брошенным самой Эпоне.

Все же на Лайэма напали.

 – Нара, я устроила ему постель около огня, – сказала Сиара.

Бригид отвернулась от прохода и увидела Ку. Тот подошел к костру, держа на руках бледного Лайэма. Мальчик застонал, когда воин опустил его на груду шкур. Нара попросила кипятку, стала смешивать травы и что-то успокоительно бормотать мальчику.

Кухулин повернулся к Бригид и предложил:

 – Надо перехватить воинов по дороге, разрешить ситуацию прежде, чем станет еще хуже.

 – Согласна. Я хочу поговорить с тем лучником, который перепутал ребенка с демоном.

 – Нахамить воину, охраняющему тропу Стражи, не лучший способ разрядить ситуацию.

 – Нахамить – это самое маленькое, что я хотела бы с ним сделать, – мрачно ответила она.

Кухулин хотел было прочитать ей нотацию, но какое-то движение за спиной кентаврийки заставило его напрячься. Бригид обернулась и застыла. Проход больше не был пустым. К ним молча приближались воины, одетые в черное. Их было очень много.

 – Стой рядом со мной. Не поднимай лук, – велел он.

 – Кухулин! – дрожащим шепотом окликнула его Сиара.

 – Все будет хорошо. – Воин бросил быстрый взгляд на шаманку, перевел его на детей, посмотрел каждому в глаза, а потом твердо и размеренно повторил: – Все будет хорошо.

Большие глаза ребятни смотрели на него, светясь надеждой и верой.

Кухулин понимал, что на его плечах тяжелым грузом лежала ответственность за их детский идеализм. Он кивнул Бригид. Кентаврийка и человек вместе двинулись к отряду черных воинов.

 – Ты знаком с кем-нибудь из них? – шепотом спросила Бригид.

 – Пока не знаю. Наверное, да. Я учился здесь, но это было несколько лет... – Он замолчал, потому что защитники замка Стражи остановились.

Вперед вышел высокий мужчина. Бригид метнула взгляд на Ку и с облегчением увидела, что суровое выражение его лица смягчилось.

Он шагнул к черному воину, протянул руку в традиционном товарищеском приветствии и сказал с искренней теплотой в голосе:

 – Мастер Фаган, я рад тебя видеть.

Воин мгновение колебался, потом ответил:

 – Рад видеть тебя, Кухулин из клана Маккаллан. Мы получили информацию о твоей миссии в Пустоши. Когда зажегся сигнальный огонь, я очень надеялся, что увижу тебя, а не вторгающуюся орду. – Голос Фагана был таким же грубым, как его лицо, словно вырубленное из твердого дерева, но в нем звучало то же тепло, что и в приветствии.

18 20