Чаша любви

51

 Конь и кентаврийка одновременно бросились вперед и смешались с массой животных, бегущих сломя голову. Их запах поразил Кухулина. Это была смесь мускуса с дымом и паникой. Он слышал только оглушительный топот копыт. Всадник отчаянно пытался управлять конем так, чтобы оставаться рядом с Бригид, но это было невозможно. Море бизонов отделило их друг от друга. Какое-то время он видел ее развевающиеся серебристые волосы, потом ускакал слишком далеко вперед и совершенно потерял жену из виду.

Его обуял дикий страх.

«Я не могу потерять ее!»

 Ку стал осторожно заворачивать коня, чтобы пробраться между мчащимися животными. Его лошадь была гораздо проворнее, чем неуклюжие бизоны. В результате воин смог выбраться из самой гущи. Он поскакал медленнее, высматривая в темной массе, не мелькнет ли где светлая шевелюра Бригид.

Зверья становилось все меньше. Когда мимо всадника пробежали последние бизоны, его ушей достиг новый звук. Это было характерное потрескивание, сопровождаемое зловещим гулом, разливавшимся в воздухе. Он повернул голову туда, где внезапно поднявшийся ветер рассеял дым. Конь заржал и попытался метнуться прочь, потому что перед ним встала огненная стена. Кухулин увидел, как оранжевое пламя охватило и стало пожирать теленка бизона и его мать. Он повернул коня и помчался по траве, вытоптанной стадом.

 – Бригид! – завопил воин, шаря глазами по пустой равнине в поисках серебристого пятна.

Он промчался бы мимо, если бы Фанд не начала скулить и отчаянно извиваться, пытаясь соскользнуть с седла. Бригид стояла на коленях, согнувшись в талии, упиралась руками в землю и жадно глотала воздух.

Ку подскакал к ней и соскочил с коня. Она подняла голову и взглянула на него большими остекленевшими глазами.

 – Нет, – прошептала охотница. – Ты должен спастись.

 – Я сказал, что не оставлю тебя, – ответил воин, бросился к коню, схватил бурдюк с водой и поднес его к ее губам.

Она глотнула, отвернулась и закашлялась. Вой и треск огня заставили ее резко поднять голову.

 – Уходи отсюда! – закричала жена.

 – Только если ты пойдешь со мной, – ответил муж.

 – Нет смысла. – Бригид указала на свою правую переднюю ногу, которая была согнута под неправильным углом. – Она сломана. Быстрей, Кухулин. Оставь меня!

 – Нет! Куда ты пойдешь, туда и я. Если ты умрешь, то я последую за тобой! Я не оставлю тебя, Бригид, не переживу этого.

 – Пожалуйста, не надо. – Ее голос дрогнул.

И тут его осенило:

 – Превращайся!

 – Ку,я...

 – Ты можешь, должна! Измени форму тела, и мой конь вынесет нас отсюда. Если ты этого не сделаешь, то мы погибнем.

«Живи, дитя!» – раздался в ее голове нежный знакомый голос Эпоны.

Он утешал и успокаивал охотницу. Бригид наклонила голову и стала шептать слова заклинания, скрипя зубами от боли, которую вызывало превращение.

Едва кожа Бригид перестала пылать, Кухулин поднял ее в седло. Огонь подступил так близко, что сушил их лица. Вокруг сыпался дождь искр.

 – Нам не убежать, – задыхаясь, прошептала Бригид.

Кухулин наклонился вперед и пришпорил коня. Тот помчался как стрела, но не мог оторваться от бушующего пламени, которое преследовало их.

Бригид закрыла глаза и сжала в кулаке бирюзовый камень, висевший у нее на шее.

«Ты снова нужен мне, мой крылатый друг».

Крик ястреба раздался над стеной плюющегося огня. Его мощные крылья разогнали стелющийся дым. Птица описала над ними круг, а потом резко нырнула вниз справа от беглецов, напоминая падающую звезду.

«Следуйте за мной...»

 Кухулин повернул коня вправо и поскакал за ястребом, летящим к руслу реки. Поток едва покрывал копыта коня. К тому же беглецы были не одни. Они стояли посреди необычайного сборища, где бок о бок держались олени и койоты. Звери скорчились в воде и как завороженные смотрели на приближающуюся стену огня. Когда Фанд прыгнула на берег и плюхнулась в воду, даже робкие олени не обратили на нее внимания.