Грюнвальдское побоище. Русские полки против крестоносцев

Глава одиннадцатая СТАНЫ У ОЗЕРА ЛУБЕНЬ

Кепек сидел в юрте и точил свою саблю, когда к нему пожаловал его брат Керим-берды.

Едва гость переступил порог юрты, как молодой слуга-музыкант перестал играть на трехструнном хуре, спеша снять кожаные гутулы с ног вошедшего царевича.

– Ну и льет! – промолвил Керим-берды, сбросив на руки слуге свой намокший широкий плащ-накидку. – Похоже небеса разгневались на нас, за то что наше войско разорило Гильгенбург.

За войлочной стенкой юрты шумел сильный ливень.

– Проходи, брат. Садись. – Кепек отложил изогнутый дамасский клинок, вогнав его в ножны.

Керим-берды снял шапку с узким верхом и сел у очага, скрестив ноги калачиком. На нем были кожаные штаны и короткая суконная куртка, украшенная мадьярской витиеватой вышивкой на груди и плечах.

Кепек подал брату пиалу с кумысом.

– Может, хочешь вина? – спросил он.

– Сыт я этим вином по горло! – ответил Керим-берды. – От него только голова тяжелеет и ноги плохо слушаются.

– С чем пришел? – Кепек смотрел, как брат пробует кумыс, смакуя каждый глоток. – Ты же был на военном совете у Витовта, о чем там говорили?

– Был, но сразу ушел, – сказал Керим-берды, – ибо к нам, чингисидам, Витовт не прислушивается. Ему более по душе советники из жемайтов и русов! Не пойму, как Джелал-ад-дин терпит все это.

– Я знал, что так и будет, поэтому и не пошел на это сборище лизоблюдов, – хмыкнул Кепек. – Наш старший брат слишком многого ожидает от Витовта, потому и терпит все эти унижения. И напрасно терпит! По чину ли нам – чингисидам! – сидеть рядом с русскими князьями, предки которых не раз были биты нашими предками!

– Смоленские и полоцкие князья в зависимости от Золотой Орды никогда не были, брат, – заметил Керим-берды. – Тут ты не прав. Гордыня этих князей подкреплена тем, что они в союзе с литовцами бьют всех своих недругов.

– Э, брат! Даже могущественный Витовт был разбит со всеми своими русскими союзниками на реке Ворскле десять лет тому назад, – запальчиво воскликнул Кепек. – А кто разбил Витовта? Чингисид Тимур-Кутлук и его эмир Едигей. Только Витовт не любит вспоминать об этом.

– Я приготовил тебе подарок, брат, – промолвил Керим-берды, переведя разговор в иное русло. – Подарок этот совершенно в твоем вкусе.

– Подарок? Что за подарок? – оживился Кепек, его уста растянулись в улыбке.

– Это красивая невольница. – Керим-берды зацокал языком, сощурив свои и без того узкие глаза. – Такая красивая, что глаз не оторвать! Мои нукеры захватили эту немку в Гильгенбурге. По-моему, брат, эта рабыня нисколько не уступает прелестью княгине Серафиме.

– Опять ты за свое, брат! – нахмурился Кепек. – Оставь эту рабыню себе. Мне нужна только княгиня Серафима, и я все равно завладею ею!

– Пойми, брат, если ты похитишь Серафиму, это поссорит Витовта с Джелал-ад-дином, – проговорил Керим-берды. – Без помощи Витовта нам не изгнать из Сарая Едигея.

– Муж Серафимы смертный человек, а нашему войску предстоит сражаться с крестоносцами, – сказал Кепек с коварной усмешкой на устах. – Если Юрий Глебович погибнет в битве с тевтонами, я посватаюсь к его прекрасной вдовушке и добьюсь, что она станет моей законной женой. Заниматься похищением Серафимы я не собираюсь, ибо знаю, что это настроит против нас Витовта.