Грюнвальдское побоище. Русские полки против крестоносцев

Глава тринадцатая ВИНО И КРОВЬ

Усиливающийся натиск татар и литовцев, подходивших со стороны реки Марши, вынуждал рыцарей Валленрода идти напролом сквозь боевые порядки моравов и мазовшан, дабы вырваться из окружения. Смоленские полки, стоявшие на стыке моравских хоругвей и воинства Януша Мазовецкого, образовали центр боевого строя союзников.

Железные всадники Валленрода меньше чем за час разметали конных моравов, повалив все их знамена, убив моравских воевод Яна Сокола и Яна из Жицины. Пробиваясь дальше, крестоносцы сшиблись с чешскими воинами, вставшими заслоном у них на пути.

Мазовшане храбро бились с рыцарями Валленрода, но все больше подавались назад, смещаясь к лесу и невольно увеличивая разрыв между своими хоругвями и смоленскими полками. В этот разрыв устремились тевтоны, дробя и расшатывая боевую линию славянского войска.

На этот раз дружинники смоленских князей сражались конными. Давыд Гордеевич старался держаться в сече поближе к Горяину, беспокоясь за него, как за единственного наследника своего брата. Ударом копья какой-то тевтон в черных латах выбил Горяина из седла. На тевтона с двух сторон бросились Глеб и Давыд Гордеевич. Ударом топора Глебу удалось перерубить рыцарское копье. Тевтон схватился за меч, но прежде чем он вынул его из ножен, Давыд Гордеевич ударил по черному шлему с белыми перьями своим мечом. От сильного удара на шлеме рыцаря появилась зазубрина над самым ободом забрала. Боярин вновь замахнулся на врага мечом. Тевтон в черных латах прикрылся небольшим треугольным щитом, нанеся своим длинным клинком быстрый колющий удар в сторону Глеба. Гридень закрылся щитом.

Однако удар тевтона был так силен, что его меч пробил щит и кольчугу Глеба. Гридень бездыханным вывалился из седла.

При виде мертвого друга из груди Горяина вырвался крик отчаяния. Со свирепым рычанием он взлетел на своего коня и бросился на черного рыцаря с единственным желанием изрубить его на куски! Но рыцарь оказался опытным бойцом. Его меч успевал отражать удары Горяина, одновременно сталкиваясь с мечом Давыда Гордеевича, наседающего на тевтона спереди. Если рыцарь не успевал отбить мечом какой-то удар, тогда он закрывался щитом, но и пропущенный удар меча не причинял тевтону никакого вреда. Черные блестящие доспехи были сработаны из прочнейшей стали, делая немца практически неуязвимым.

У Горяина сердце застыло в груди, когда он увидел, как бессильно завалился на лошадиную гриву Давыд Гордеевич с разрубленной головой. Сотник Волочай, подскочив к черному рыцарю сбоку, рубанул его топором по руке, выбив меч.

Горяин обрушил на тевтона целый град ударов, привстав на стременах и пробуя мечом на прочность все сочленения его доспехов. Он рубил и рубил врага, ища хотя бы одно слабое место в его защитной броне. Рыцарь оставался неуязвим. Закрываясь щитом от ударов рассвирепевшего Горяина, тевтон тем временем выхватил из-за пояса топорик-клевец на длинной рукояти. Ударом этого топорика рыцарь пробил шлем Волочая, раскроив ему череп.

После очередного сильного удара меч в руке Горяина сломался возле самой рукояти. Рыцарь опустил щит и повернул свое укрытое забралом лицо к юноше. Сквозь узкие прорези в верхней части забрала на Горяина уставились внимательные глаза врага. Лишь краткий миг они глядели друг на друга, не обращая внимания на гремящую вокруг них сечу. Потом могучая рука рыцаря занесла топорик-клевец над головой Горяина.