Инкассатор: Всадники апокалипсиса

Глава 9

– Как он вообще со своим прошлым туда попал? – удивился Андрей Юрьевич.

– Вот это и стало зацепкой для нашего расследования. Людей случайных на государственных должностях, к сожалению, еще много. Я думаю, что мэрия быстро открестится от Бугрова, узнав его настоящее лицо. Вы поймите, для нас этого пока мало. Нам нужно доказать причастность его к преступлениям, причем не только за этот год.

– Понятно, – согласился Юра.

В эту секунду Зимин достал из кармана брюк небольшой блокнот и, полистав его, спросил у Филатова:

– Ты был там во время убийства старика?

– Да. Я жил у него два дня. После того как я изъял документы из сейфа Артюшина, братки меня преследовали по всей Москве. Я чудом ушел. Потом уже не помнил, как попал к старику. Он меня из воды вытащил. Я тогда сознание потерял.

– Убили старика из окна.

– Из окна? – переспросил Филатов. Ты хочешь сказать, что вы не проводили никакой экспертизы? Ты хочешь сказать, что кто-то подстерегал его и выстрелил из окна?

– А почему бы и нет?

– А то, что бандиты пробрались в дом! Такая идея вам там, в комитете, в голову не приходила?

– Мы не могли провести экспертизу: дом, как известно, был сожжен. Труп старика похоронили местные жители. Милиция фактически проигнорировала этот факт, отметив в коротком расследовании, что старик оказался на перекрестном огне во время бандитских разборок.

– Ловко наша доблестная милиция разбирает дела, – иронично заметил Филатов. – Я тогда отлучался в город. Прихожу, а он мертвый лежит. Душили его, замучили, короче, старика. Скорее всего, спрашивали, где я. Так что на мне смерть эта камнем висит. А если чего думаете про меня...

– Там думать нечего. По всему периметру несколько сотен гильз найдено из разного стрелкового оружия. Твоя причастность сразу отпадает, у тебя оружия не было.

– Слава богу, что это вы понимаете.

– Ладно, без иронии, как ты оттуда вышел? Ты же был в доме?

– Вот так и вышел, облился водой, когда крыша уже обвалилась. Братки уже умотали. Думали, я уже на том свете.

– Да, ты в рубашке родился, Филатов, – улыбнулся Зимин.