История московской войны

Сражение около ворот, ворота достаются нашим

Мы видели, что задержка нам только повредит: застряв у Арбатских ворот, мы дадим москвитянам время привести свое войско в порядок. Пропустив этих людей (они сдались уже потом, поздно ночью), мы пошли вдоль других башен к Никитским воротам, захватили их и поставили своих людей. Дальше мы двинулись к Тверским воротам. Они имели мощные укрепления, и стерегли их обычно две тысячи человек. Здесь мы на короткое время задержались, тем временем из-за Неглинной к неприятельским обозам пришли подкрепления. Мы были отброшены (вокруг нас градом падали пули, но, что удивительно, причиняли мало вреда) и вынуждены были отойти к Никитским воротам. Москвитяне пошли следом, их прибывало все больше и больше, и натиск усиливался. Пришлось нам оставить и Никитские ворота. Мы уже пустились бегом к своим крепостям, когда наши сумели остановить и задержать неприятеля, так что мы снова побежали к Никитским воротам.

На москвитян же Господь Бог наслал страх, и они оставили Никитские ворота (те достались нам) и отошли к Тверским. Мне не хочется хвалить самого себя, но что было, то было: при нескольких наших хоругвях не было ротмистров, так как множество их разъехалось в Польшу. И вот, когда мы укрепились на Никитских воротах, товарищи обратились ко мне: «Нет у нас здесь своих ротмистров, так хоть ты нами командуй». Я согласился и они мне повиновались.

Я разделил их на три части. Одну поставил на воротах, другую — возле ворот, а третью часть отвел подальше — в одну из церквей, чтобы занять побольше места, если москвитяне задумают нас обойти. Так мы до самой ночи выдерживали удары москвитян, пытавшихся выбить нас оттуда. А перед заходом солнца подступило к нам такое огромное войско, что нам пришлось на время отойти. Затем мы снова обратились на москвитян и вытеснили их так, что они, откатившись, больше не дерзали на нас нападать. Тем временем опустилась ночь, она-то нас и разняла.

Завладев воротами, которых было лишились, мы послали в крепость к пану Гонсевскому с просьбой прислать нам на смену другие хоругви, ибо мы почти весь день были заняты в сражениях. Надо признать, что войско не желало ничего слушать и, несмотря на распоряжение пана Гонсевского, ни одна хоругвь выйти не захотела.

Но ведь не нам же одним нужны были эти ворота и это спасение. Так что, простояв ночью часа с три, мы ушли в свои станы на отдых, оставив на воротах и около них огонь, чтобы казалось, будто там люди. В тот день мы потеряли не больше двухсот человек, а ведь готовились тысячу голов сложить. Без сомнения, причиной этого чуда была Пресвятая Дева. А на москвитян Господь Бог напустил такой страх, что на следующий день они не только не отважились напасть на наши ворота, но и свои, даже самые отдаленные, охраняли слабо. На упоминавшихся мною Тверских воротах, где обычно стояло две тысячи людей, той ночью едва ли двадцать человек заночевало.