Кукурузные человечки

Шалопут и фантазер

Путешествие по деревне на этом закончилось. Предстоящая драка для пришельцев оказалась интереснее, чем дым из трубы, антенна на крыше и грохочущий, как военная машина, комбайн.

Славик повернул домой.

Почему? Зачем? Для чего? Отчего? Как это делается, и что потом получается? — Питины вопросы сыпались на Славика градом.

Садим спрашивал иначе:

— Каким целям служит? Ага. Так… Нет ли в этом чего-нибудь полезного, скрытого от невнимательных глаз? Ага, так….Бывает ли при этом больно? Ага, так… Значит, по-твоему, драка ничему не способствует? Так. Ага… Тогда я задам тебе Питины вопросы: для чего? Почему? Зачем?

В свою очередь, инопланетяне рассказали Славику, как "дерутся" они. Они, поссорившись, вызывают друга на спортивные соревнования, решают — кто быстрее? — математические задачи. Вспоминают — кто больше? — стихи. Осыпают друг друга пословицами на заданную тему… Что если Славик, когда он нос к носу встретится с Митяем, предложит ему решить вместо драки математическую задачу? Или пусть Митяй наизусть прочтет стихотворение? А то скажет подряд десять пословиц?

Славик в ответ тяжело вздохнул.

— Не будет он задачки решать. И стихотворение не будет читать. Драться с ним придется. У вас тот пистолет еще работает?

Пришельцы переглянулись.

— Мы должны обо все доложить командиру., — сказал Садим. — Так полагается по Уставу звездолетчиков. А уж он решит, что делать.

Подходя к дому, Славик застегнул сумку и передвинул ее на бок. Только он успел это сделать, как на своем крыльце возникла Нинка.

— Явилси — не запылылси! — Ее глаза метали молнии. — И где человек шлендает полдня — неизвестно! Бабушка его обыскалась, а ему хоть бы хны. Городские, они все такие — шалопуты, как один!

Пока Славика не было, Нинка, видать, копила и копила против него.

— Где ходил, не твое дело! — ответил Славик и тут же понял, что не должен был так говорить.

Нинка всплеснула руками.

— "Не твое дело!" Да как же это не мое, когда бабушка, чуть что, бежит ко мне: где да где Славик? Всю деревню вверх дном перевернула! И язык у него поворачивается такое сказать! Вот ведь как оно оборачивается — ты за него перед людьми отвечаешь, а он тебе же и грубит!

Из-за дома появился — на Никины выговоры — рыжебородый Кубик.

— За что ты его костеришь, Нинон? Ну будто он твой муж непутевый.

Нинка фыркнула.

— Муж! Он в куклы еще играет, в его-то годы, — какой из него муж!

Славику и так было несладко из-за свалившейся на него завтрашней драки, а тут еще Нинка. И тайну выболтала. Чуть не заплакал Славик. Не скажи она вовремя про его "годы", не выдержал бы, пустил бы слезу.

— Что вы ее слушаете, дядя Витя! — И поспешил увести разговор в сторону: — Я по дороге комбайн видел — неужели, подумал, уже кукурузу убирать пора?

— Правильно, Славик, подумал — взросло и мудро: неужели и кукурузу? Как летит время! Ты ведь это имел в виду? А ты, Нинон, в нем ошиблась. Славик — вполне уважаемый пятиклассник, ему двенадцатый год, и в куклы он, конечно, не играет.

— А ты к нему в сумку загляни, — посоветовала вредная девчонка.

Художник мотнул головой.

— Я не имею права заглядывать в его сумку — он такой же гражданин под этим голубым небом, как я.

— Конечно, — сказала на это Нинка, — мужики всегда заодно. Сколько раз закаивалась с вам дело иметь, так нет же — опять. Да больше никогда в жизни! Тьфу! — И скрылась в доме.

— Вот и остались мы с тобой одни, — подвел итог Кубик. — Есть причина для кручины?

— Нет! — весело ответил Славик. Он очень любил оставаться с художником наедине и всегда удивлялся дружбе того с девчонкой. Славик ревновал Кубика к Нинке.

— Ты куда-то торопишься? Придешь? А то ведь я буду теперь совсем один.

— Приду, — крикнул Славик на бегу. — Через пять минут.

Только Славик исчез, как Нинка высунулась из сеней.

— Кукол побежал на огороде запрятывать, — ябедничала она, — дома-то их ему держать стыдно. — Нинкины глаза светились надеждой на то, что художник вместе с ней Славика за кукол высмеет.

— Брысь, Нинон! — отмахнулся Кубик. — Ябед в старину за язык подвешивали.

— Дядя-мальчик! — крикнула Нинка. — Борода, что у попа, а с малолеткой стакнулся!

Художник затопал на нее ногами, и Нинка снова нырнула в сени.

Славик отнес Садима и Питю в кукурузу. Пришельцы ждали их — они на этот раз не прятались, а стояли кто где в своих "гнездах" — наверняка беспокоились.