Квартирный вопрос

Екатерина Риз Квартирный вопрос. Часть - 2

— Ну, отдыхайте, молодые люди, отдыхайте. — Анатолий Сергеевич вновь обратил свой взор на Мартынова, что-то в нём такое рассмотрел, усмехнулся и кивнул каким-то своим мыслям. Затем взял Наталью под руку. — Пойдём-ка, пусть молодёжь развлекается. Женя…

— Всего доброго, Анатолий Сергеевич, — как послушная девочка проговорила я, а Наталье подарила абсолютно искреннюю улыбку. Внешне выглядела спокойной, но внутренне просто ликовала. Я бы лучше не сумела поставить эту певчую птичку на место…

Глеб хранил многозначительное молчание. Пока официант провожал нас к столику, Мартынов крутил головой, словно высматривая кого-то, а я, как только он сел и мы остались одни, сказала:

— А ты удивлялся, как она такую карьеру сделала… Теперь понятно. — Я красноречиво усмехнулась и перевернула страницу меню.

Мартынов долю сарказма в моём голосе оценил и поинтересовался в тон:

— И кто он?

Я обвела рукой зал.

— Хозяин.

Глеб даже не удивился, только на меня смотрел испытывающе.

— И ты с ним знакома.

Я подняла на него глаза и осторожно подтвердила.

— Знакома. Точнее, я знаю его с детства. Он дядин приятель, они на рыбалку каждое лето вместе ездят.

— А дядя кто?

— Раньше ты таких вопросов мне не задавал, — заметила я.

Глеб лишь плечом дёрнул.

— Дядя — архитектор. А ещё депутат Законодательного собрания.

Я исподтишка наблюдала за Мартыновым, заметила, как он пожевал губами, по всей видимости, остался моим ответом недоволен, но промолчал. Свирепо уставился в меню. Может и не стоило его дальше злить, но удержаться я не могла.

— А сюда мы пришли зря. Ни чем нам твоя Натка не поможет. Она вообще не собиралась что-либо делать… У неё были совсем другие планы.

Глеб посмотрел на меня и неприятно усмехнулся.

— Какие, интересно?

Я застыдилась и от этого снова разозлилась. Почему он вечно ставит меня в дурацкое положение?

— Такие. Просто кто-то слишком старательно ей улыбался сегодня утром.

— Я улыбался?!

— Ты.

— Знаешь что?..

— Ничего не знаю и знать не хочу!

Мартынов подскочил на стуле, но тут за его плечом возник официант с бутылкой вина в руках, и Глеб сел на место. Мы столкнулись взглядами, но молчали до тех самых пор, пока официант снова не отошёл, записав наш заказ. Глеб залпом выпил бокал вина и поморщился.

В общем, всё было плохо. Аппетита как не было, так он и не торопился появляться, я вяло ковыряла вилкой принесённый салат, цедила вино и украдкой посматривала на Глеба, который просто-напросто меня игнорировал. Развалился на стуле, оглядывал зал, а потом и вовсе уставился на сцену, где появилась миловидная певичка и завела нечто лирическое, и при этом соблазнительно покачивала крутыми бёдрами. Мартынов на девушку поглядывал, барабанил пальцами по столу и молчал.

Если честно, мне обидно было почти до слёз. Анатолий Сергеевич с Натальей развлекались, смех Дроздовой время от времени разносился по залу ресторана, и я даже пару раз кинула в их сторону осторожный взгляд, не понимая, чем бестактный "дядя Толя" может её так веселить.

— Давай потанцуем, — вдруг предложил Глеб.

Я удивилась.

— Зачем?

Он выразительно закатил глаза.

— Да ни зачем, Жень. Пойдём?

Я посомневалась секунду, затем как бы между прочим пожала плечами.

— Почему нет?

Мартынов вдруг хохотнул.

— Ты ведь не можешь просто сказать — да или нет, правда? Обязательно ещё нужно пару вопросов задать.

— Глеб… — предостерегающе начала я.

— Замолкаю, — тут же среагировал он. — В конце концов, это платье должны увидеть все, — шепнул он мне, когда мы оказались на танцплощадке и Глеб притянул меня к себе. — Зря что ли ты его у подружки стащила?

— Какие гадкие слова ты мне говоришь, — пожаловалась я, но улыбки не сдержала. — И я не стащила, я одолжила. А ты купишь ей новое.

— Я?

— А для кого я его… одолжила?

— Для меня? Правда?

Смотрел он слишком серьёзно, и улыбаться я перестала. Почуяла подвох, сбилась с шага и наступила Мартынову на ногу. Он крякнул, ногу убрал, а меня развернул в другую сторону.

— А ты на самом деле домоседка?

— Я художник, Глеб.

— А при чём здесь это?

— При том, что я люблю тишину и покой. Они необходимы для того, чтобы работать.

Он задумчиво хмыкнул.

— А как же богемная жизнь?

Я только головой покачала.

— Ты кино пересмотрел.

Мартынов усмехнулся, разглядывая меня.

— Вот уж не уверен. Наверное, это ты такая… особенная.