Легионер

Глава 19

— Вот видишь, брат, не так все плохо! — хлопнул Крайкович по плечу тамбовца. — Мы же братья и обо всем можем договориться.

— Ну да, — мотнул головой собеседник.

От всего пережитого у Семенова голова шла кругом. Зачисление миротворцем, муштра, учения, приезд сюда, проигрыш, похищение, а вот теперь вообще черт знает что!

Выйдя из дома, они сели в тот самый фургончик.

— Ты не грусти, все будет отлично. Мы свое слово держим, главное, чтобы ты держал свое, а об остальном мы уж как-нибудь договоримся. Возвращаемся в родное подразделение, служивый! — говорил Милован, заводя мотор.

Фургончик тронулся с места. Настроение у Крайковича было очень неплохим. Сейчас он очередной раз доказал шефу, что без него просто не обойтись. Стать правой рукой Пелагича хотели многие, но вот удалось это сделать только ему, Миловану Крайковичу.

— Послушай, Семенов, а ты вообще давно служишь-то? — Теперь к легионеру Крайкович был настроен мирно и благодушно.

«Русский медведь» даже вызывал у него сочувствие. Медведь выглядел совсем ручным и больше никаких попыток освободиться не делал. Да и зачем это ему было надо? Все и так прояснили.

— Сколько боевых операций на счету в Иностранном легионе?

— Да нет, я только завербовался, — ответил легионер.

«Только завербовался и уже успел с головой влезть в дерьмо», — с тоской подумал Семенов.

— Потянуло, значит, в искатели приключений? — подмигнул ему Милован. — Я тоже в свое время хотел вот так — бросить все и податься на край света.

— И что? — безучастно поинтересовался Семенов.

Судьба Крайковича его волновала меньше всего.

— Сам видишь — дома дел по горло. Кстати, откуда ты родом?

— Из Тамбова, — пробасил легионер.

— А, так это про вас поговорка есть такая? — Милован наморщил лоб, вспоминая. — Тамбовский волк тебе друг? Так, что ли?

— Товарищ.

— Что — товарищ? — не понял Крайкович.

— Тамбовский волк — товарищ, — пояснил Семенов.

— А, ну да.

Семенов был занят своими нелегкими мыслями. Как-то все нехорошо получалось: как только он менял место деятельности и род занятий, пытаясь улучшить ситуацию, как тут же влипал в новые неприятности. И пока что-то ни конца ни края этому не было видно.

«Хоть в России, хоть в Сербии результат один, как я погляжу! — мрачно размышлял он, тупо уставившись в панель. — И главное, не дурак же, а как оно вон получается-то…»

Милован Крайкович, спев песенку про молодую Марицу, которая не слушала маму и в результате попала в публичный дом, погрузился в свои мысли. Они в корне отличались от рассуждений Андрея Семенова. Дела шли, и, похоже, не так уж плохо. Планируемые события должны были принести немалые денежки, часть из которых перепала бы и ему. Так что тосковать пока что причин не возникало. С этим он повернул в переулок. Проехав вперед, серб чертыхнулся — там шли ремонтные работы. Поперек переулка была выкопана траншея, там несколько мужчин в спецовках прокладывали трубу.

— Нашли время! — раздраженно вздохнул Милован. — Когда они нужны, их никогда нет, а как только ехать, так они все дороги перекопают.

Выйдя из машины, он направился к рабочим. Выезжать назад по узким переулкам ему не хотелось. К тому же сзади остановился грузовик, окончательно загородив дорогу. Из него вылез водитель и принялся ковыряться у переднего правого колеса. Похоже было на то, что в ближайшее время сдвинуть эту махину не удастся.

— Ну и что вы тут устроили? — раздраженно прокричал Крайкович. — Вы что, не видите, что проехать невозможно? Хоть бы положили в центре мостик для проезда.

— Сейчас, разбежались, — нагло ухмыльнулся один из рабочих. — Может, тебе еще носовым платочком ботинки почистить?

Смех, раздавшийся среди остальных, окончательно вывел Милована из себя.

— Что-о? — прорычал он. — Ты с кем разговариваешь, урод?

Возмущение его не знало пределов. В то время как он по горло занят, разная рвань еще будет шутки шутить? Нет, сейчас эти хамы и невежи горько пожалеют о том, что их не научили разбираться, кто перед ними! Он двинулся к этой чертовой канаве, чтобы серьезно поговорить с недоноском, но в этот момент под ребра ему уперся ствол пистолета.

— Раскроешь рот — пристрелю, — доброжелательно пояснил приятный голос.

Пораженный такой постановкой вопроса, Милован Крайкович замолчал. Оказавшись окруженным странными «рабочими», он получил возможность присмотреться к ним поближе. Да, действительно, при ближайшем рассмотрении стало ясно, что к рабочим эти типы имеют примерно такое же отношение, как сам Милован — к нейрохирургии.

— А ну-ка, проверьте его кармашки, — приказал Казим Хайдари, тоже выполнявший обязанности землекопа.

Один из его подручных тщательно обыскал серба.

— Ну-ка, ну-ка, что же это за документик? — склонился Казим над бумагой, извлеченной из нагрудного кармана Крайковича. — Расписка… очень интересно.

Один из рабочих, глядя через плечо Казима Хайдари на расписку, ухмыльнулся, блеснув золотым зубом. Если бы Милован Крайкович был более внимательным, то мог бы узнать в нем посетителя, наблюдавшего за ним и Семеновым в тот вечер, когда легионер проигрывал тысячу за тысячей.

Кстати, и тамбовцем уже занялись вплотную. Обалдевший от всяких неожиданностей легионер был извлечен из салона машины и также обыскан тщательнейшим образом.

После исследования карманов оба были связаны. Милован Крайкович изумленно следил за тем, как ситуация совершенно выходила из-под контроля, но ничего поделать уже не мог.

— Вы понимаете, что меня быстро хватятся?

Хайдари, руководивший процессом, хрипло рассмеялся.