Медынское золото

Медынское золото. Часть - 2

Пеший отряд и нагнавшие их зевены двигались почти без остановок, стремясь поскорей выйти из недобрых мест. Одно худо, не любят недобрые места так просто отпускать идущих.

Смертное поле оказалось у самой дороги, так что пройти, не заметив, было невозможно. Это были не следы боёв, что гремели здесь в начале лета, сражение произошло совсем недавно, меньше недели назад. Неубранные трупы, отяжелевшее вороньё, тошнотворный сладкий смрад. Убитые были кочевниками, но не одного какого-то племени, тех сразу бы определили по одежде и оружию. В разгромленном отряде собрались недобитки разных племён и разных отрядов, так что можно было подумать, что это просто банда грабителей, из тех, что режут всех, кто попадёт под руку, и не признаёт ничьей власти. Такие шайки непременно образуются во время войны, хотя они редко достигают сотни человек, а тут было по крайней мере втрое больше.

На краю поля торчал страшный памятник случившегося погрома. Человек в одежде легионера сидел, нелепо раскорячив ноги. Упасть ему не давал кол, пробивший тело насквозь. Голова трупа была свёрнута набок, конец кола торчал из развороченного горла. Кол был деревянный, дурно оструганный, но самое остриё зеленело окислившейся бронзой. Когда-то человек, ещё живой, был посажен на кол, потом полуразложившееся тело сползло вниз. У ног трупа валялся обгаженный бунчук. Судя по древку, бунчук был имперский, но орёл, венчающий имперские бунчуки, оказался отломан.

Зевены нагнали пеший отряд ещё вчера вечером, и теперь Уйлюк подъехал к месту казни, равнодушно глянул в искажённое лицо.

– Я знаю этого человека. За два дня до вас он со своим отрядом проходил горные ворота. У него была золотая пайцза от хана Катума. Именно он передал приказ не пропускать вас на север. Его воины сказали, что это имперский маг, пошедший на службу великому хану, и что он назначен наместником в Лит.

– Недолго же он повластвовал, – заметил кто-то.

Скор подошёл к собравшимся колдунам.

– Я тоже знаю этого человека. Это Артий, один из тех магов, что были выпущены из бронзовой темницы. Вместе с Гайтовием он должен был перенять наше войско в горах.

– Тогда всё понятно, – сказал Ризорх. – И почему он пошёл на службу к хану, и почему не выстоял в бою. Непонятно другое: кто разбил его отряд? В любом случае помним, мы ещё не дома и война не кончена. – Ризорх повернулся к Уйлюку и добавил: – Пока мы не достигнем бывших границ Намана, нашим отрядам и впрямь лучше держаться вместе.

* * *

Наманцы называли Лит Светлым городом, и не только потому, что стены его и здания были сложены из бледно-жёлтого песчаника. Климат в Лите был мягче, нежели в царственном Номе, летом не мучила жара, зимой с болот не наползали несущие лихорадку туманы. Наманские аристократы старались на летние месяцы выехать в Лит. Здесь, вдалеке от властей и гордого величия, жизнь была светла и приятна.

Теперь выжившие горожане разбежались по окрестностям, где с вытоптанных полей можно было снять какое-то подобие урожая. В самом городе жизнь теплилась лишь возле моста. Вайрах, на берегу которого выстроен Лит, стекает с отрогов Наманского хребта и далеко на востоке впадает в полноводный Атцель. Весной и во время сильных дождей на нём часто случаются наводнения, но и в иное время брода в реке не сыскать. Каменный мост, выстроенный лет двести назад, был истинным благодеянием для всего края. Кочевники разрушили две бастиды, охранявшие подходы к мосту, но сам мост не тронули. Им тоже не улыбалось лишний раз переплывать капризную реку.

Но на этот раз удобный проход оказался закрыт. Из окрестных развалин натасканы плиты, из них сложены баррикады при подходе к мосту, а поперёк прохода выставлены рогатки, нацеленные острыми кольями в сторону идущих. А над этими спешно слепленными укреплениями поднят бунчук с имперским орлом, распластавшим поверх конского волоса золотые крылья. Знак, что сюда лучше не соваться, ничего доброго тут не обрящете.