Медынское золото

Медынское золото. Часть - 3

Скор впился взглядом в идущих. Кто среди них маг? Кому посылать первую стрелу?

Впереди, тяжело ступая, идёт легионер. Ветеран, побывавший в десятках боёв и стычек. Лицо словно вырублено мечом… да так оно и есть – глубокий шрам располосовал щёку, навеки очертив жёсткий и хищный оскал. Серьёзный боец, но магом он быть не может, маги не служат в легионе рядовыми.

Мальчишка лет четырнадцати, худой и нелепый, шагает, двумя руками вцепившись в бунчук. Ажно светится изнутри от важности порученного дела, не понимая, что в отряде каждая пара рук на счету, а он хотя и считается взрослым, но ни в пяло, ни в мяло, ни в добрые люди не годится, вот и подставлен под выстрелы. Нет уж, пусть в паренька бьёт кто-нибудь другой.

Этот – ремесленник, руки и посейчас не отмыты от синей вайды. Женщина с ребёнком, уцепившимся за подол, ещё одна, с истовым взглядом замученного животного. Крестьянин, сгорбленный тяжёлой работой. Здесь или на унавоженных наманских огородах, земля всюду человека горбатит. Ещё какие-то люди, и у каждого ремесло впечаталось в руки, фигуру, выражение усталого лица. Ещё один солдат – плащ перепоясан гибким ремнём, через плечо узел с камнями. Пращник… они идут в бой первыми и первыми гибнут, а этот выжил, вопреки очевидности. Пастух в косматом плаще, его овцы давно отогнаны и сварились в котлах, а он держится поближе к лошадям. Лошадей три, на них навьючен какой-то скарб, и никто не сидит.

Кто же здесь маг, в кого стрелять первым, когда последует команда: «На раз! И!..»

А вдруг мага нет вообще и всё это один обман? Потокм и Анк быстро поймут, что здесь к чему, и кара будет скорой. В таких случаях нельзя оставлять в живых даже женщин и младенцев. Младенец в группе один, лет четырёх, даже не понять, мальчик или девочка. Устал, но идёт сам, держась за материнскую юбку. Случись недоброе, у кого поднимется рука прикончить малыша?

Идущие остановились. Скор скосил глаза и увидел, что над древесным завалом поднят беличий бунчук старого Потокма.

– Скор, тебе идти.

Для каждого человека рано или поздно наступает пора отвечать за весь народ. И неважно, что борода у Скора ещё толком не пробилась, а о седине и речи нет. Скор был на войне, прошёл Наман из конца в конец, торговый язык для него что родной. Кому, как не Скору, говорить перед последними номеями?

Положить лук, отстегнуть саблю, которой пусть и не мастерски, но научился действовать в бою. А теперь, безоружным, навстречу врагам. Легионер тоже делает несколько шагов навстречу. И мальчишечка с бунчуком выступает вперёд. Кто же здесь всё-таки маг, откуда последует смертельный удар?

– Кто такие? Вы пришли на нашу землю.

– Мы не знали, что эта земля занята. Мы хотим, если вы позволите, пройти дальше, чтобы найти свободные места.

– Там нет свободных земель, – сказал Скор. – Дальше на север живут воглы, а потом начинается Мёрзлое море.

Некоторое время легионер молчал, наверное, слушал, что шепчет ему затаившийся маг. А что шептать? Сейчас надо извиняться и топать назад, пока добром отпускают. Силой они здесь не пройдут.

Краем глаза, щекой Скор почувствовал какое-то движение. Головы не повернул, но понял, что Потокм покинул укрытие, вышел на открытое место и встал рядом. Конечно, Анк лучший из защитников среди колдунов, но и Скор напрягся, готовый, если надо, прикрыть старшего своим телом.

– Если вы поклянётесь соблюдать наши законы и исполнять обычаи, – медленно произнёс Потокм, – мы позволим вам пройти на наши земли и жить вместе с нами.

– Мы свободные номеи, – произнёс легионер так поспешно, что ясно было, это он говорит от себя, не дожидаясь подсказки колдуна. – В рабство мы не пойдём ни к кому.

– У нас нет рабов. Жизнь в лесу тяжела, здесь может выжить лишь свободный человек. Если вы согласитесь, вы станете одними из нас. Вы будете охотиться на наших угодьях, вместе с нами пахать землю и защищать общую нашу свободу. Ваш колдун войдёт в наш круг и будет говорить за вас. Если вы не согласны, то уходите. Вас никто не тронет.