Норы аспидов

Глава 1. Болеро

Я поплелся опять на свое место, через каких-нибудь полчаса заревела посадочная сирена. Пристроился поудобнее и стал ждать посадочной кристаллизации. Через несколько, секунд воздух и пространство кабины затвердели и превратились в сплошной кусок кристалло-пространства. Хорошо, что на меня это преобразование действовало, а то бы я при первой же посадке в джем превратился. Затем почти неощутимый толчок, и свето-панели на потолке вспыхнули. Маг начал ходить по каютам, снимая сонное заклинание. Из соседнего трюма зарычала и заворчала наша добыча. Моя группа прикрытия повскакивала с ложементов и сноровисто стала готовиться к выходу. Пятеро самых крепких отцепили добычу и теперь запаковывали ее. Наконец открылась дверь рубки, и к нам заглянул третий пилот — навигатор:

— Ну, что вы готовы на выход?

Мы ему ответили в духе того, что «мол, готовы как будто и вроде».

Тот дернул за рычаг и распахнулся внешний люк.

За люком открылась покрытая толстыми ворсинками поверхность посадочной площадки для склиссов. Вся поверхность еще колыхалась от полученного толчка. Ворсинки возле самого корпуса склисса были сожжены и изорваны. Но ничего пара часов и они регенерируют. Мы спрыгнули из люка по очереди на слизистую площадки. Слизь мягко чавкнула под ногами и они стали медленно погружаться в неё. Не задерживаясь, я шагнул на металлический лепесток терминала. Скинули за мной снаряжение, а затем заботливо передали из рук в руки тело клиента. Стряхнул слизь с ног, тут из группы встречающих подскочил мой непосредственный шеф и начальник Фанкл Верна (та еще скажем заноза в заднице) и раздраженно отдернул капюшон на мою голову. Когда все уже, наконец, взгромоздились на лепесток, он потянулся к устью площадки флисспорта. Из другого отверстия устья к флиссу потянулся другой лепесток, с командой технического обслуживания. Сам флисс похожий на широкое семечко подсолнечника потихонечку утопал в слизисто-ворсистой поверхности посадочной площадки как в варенье. Мы же через несколько минут выходили из лифта в основании посадочной площадки.

Вверху над нашими головами, нависала изнаночная её поверхность, покрытая фермами кабелями, ажурными переходами на которых до сих пор работали бригады монтажников. Моя бригада опустилась еще на один уровень и мы оказались на станции метро.

В широких желобах в полу станции покоились открытые сверху вагоны. Как раз в тот момент когда мы оказались в зале подскочил к станции поезд. Пыхнула на нас ударная волна, и поезд соткался из воздуха в правой нише туннеля. Лязгнул зацеп и вагон вплыл в свободный желоб. Поезд завыл и ухнул в темноту туннеля. Из прибывшего вагона выгрузилась нагруженная инструментом очередная бригада монтажников. Бормоча проклятия Фанкл приказал нам укрыться за колонной. На него было страшно смотреть, единственный глаз просто испускал молнии, а сам дрожал от злости. Еще бы! Вопиющее нарушение секретности!

Я думаю что диспетчеру осталось лишь пара часов нормальной жизни, а вот всю оставшуюся мой добродушный начальник превратит в ад. В конце концов, прекратив ховаться за колонной мы погрузились в потрепанный закрытый вагон. Я разместился в среднем кресле-насесте, закрепился липучками ремнями и с облегчением откинул капюшон. Фанкл устроился напротив и приступил к высверливанию взглядом во мне различного диаметра отверстий. Тромпф пробрался к голове вагона и набрал адрес, вставив путевую карточку. Вагон щелкнул приняв задания и снялся с замков, ожидая ближайшего попутного поезда. Фанкл смотрел на меня, периодически передергиваясь, подавляя любопытство. Сам же он строго настрого запретил разговаривать об операциях до прибытия на базу, вот и терпит. Наконец и наш вагон завыл и присоединился к поезду. Я демонстрируя свое пренебрежение к его мелким начальственным заботам задремал, обтекатель отсекал поток, и лишь легкие потоки воздуха шевелил капюшон.

Толчок разбудил меня, окружающие меня товарищи суетились отстегиваясь от насестов, закидывая на плечи сумки, я же как всегда был без снаряжения без сувениров далеких городов, без оружия. Мы подождали несколько минут, пока зал станции не освободится и вышли из вагона.

Это была не новенькая станция флисспорта, это был старинный подземный зал приспособленный для нужд клана. Желобы для вагонов грубо прорезали узорчатые полы, такая же грубо воткнутая арматура кондово торчала из колонн, Реперы приварены к изящной литой решетке и ажурным изящным капителям. А дешевейшие светлячковые светильники наляпаны вразброс на расписной плафон. Тут же в изящной и загаженной галерее нас ждали.

Массивные тщательно забронированные туши охранников, окружали виновника всех моих бед и ежедневного моего спасителя. Господин Атта ступил ко мне в сосем странном одеянии из тысяч полосок прикрепленных к плечам. По полоскам змеились слова заклинаний, временами они САМИ сплетались в скворчащие огнем узоры. Господин Атта не надеялся только на охрану и способности своего тела, как предыдущий отец клана. Господин Атта теперь был смертоносен как хрог, и уязвим как тотелм. Кроме того господин Атта обладал искрометным чувством юмора, что тоже слой защиты наверное. Одним из его великолепнейших проявлений было то, что я никогда не знал на какое время он установит мой проклятый ошейник. А вот господину Атта представлялось большим удовольствием точно рассчитать время необходимое мне на исполнения задания и возвращение домой. Я узнавал, что пора умереть близка, лишь тогда когда, видел его собственной персоной.