Последний бой комбата

Глава 8

Закончив переговоры с командиром полка, Голубятников с группой сопровождения прошел на КНП восьмой роты. Старший лейтенант Стрельцов встретил комбата положенным в таких случаях докладом. Офицеры присели за стол, Выдрин устроился в углу на скамейке. Голубятников развернул карту.

– Давай еще раз проработаем план твоих действий. Значит, рота переправляется через Сунжу по нижней части моста, по опорам и межопорным конструкциям. Как только твои люди выйдут на тот берег – я имею в виду передовую группу первого взвода, артиллерия ударит по «зеленке» и «повесит» дымовую завесу. После этого врываешься в район по трем направлениям, цепляешься за ближайшие дома, приостанавливаешь движение. Высылаешь вперед разведку. Разведке осмотреть все. Увидят особняк, пусть подберутся, проверят – и пару гранат в окна для подстраховки, чтобы не получилось, как с разведротой. Это хорошо, что основной опорный пункт боевиков оказался недалеко от реки и мы смогли с нашего берега обработать его зенитной установкой. А если бы он стоял в глубине массива? Артиллерию не применишь, зенитчиков тоже; пришлось бы всю роту стягивать к особняку, прикрывая тылы и фланги. Неизвестно, сколько возились бы с этим опорным пунктом, а главное, не обошлись бы двумя ранеными. Так что смотри.

Стрельцов показал на участок восточной окраины четвертого района:

– Допустим, «духи» организовали опорный пункт здесь. Разведка выйдет к нему. Ее обстреляют, не подпустят на расстояние применения гранат. Что делать мне? Стягивать силы для уничтожения опорного пункта? Или обойти его, зачистить остальную территорию, а затем уже заняться особняком?

– Нет, – ответил Голубятников, – если сложится подобная ситуация, отзываешь разведку, останавливаешь движение всей роты и отводишь ее на исходные позиции, отметив на карте точные координаты опорного пункта. Мы накроем его артиллерией. Штурм крупного дома грозит потерями, а мы их должны избежать. И в таком порядке действуешь дальше. Подавим артиллерией опорный пункт противника – возобновляешь движение, зачищая каждый дом, сарай, любое строение, колодцы, подвалы. Встретишь второй опорный пункт – вновь отход. В каждом случае сразу доклад мне. Действия твоей роты будут прикрывать разведчики, седьмая рота из дома культуры, девятая и, по возможности, зенитчики. Они будут стрелять по любым целям, что проявят себя в секторах, не занятых твоей ротой.

Голубятников прикурил сигарету.

– Будь аккуратен, Юра. Помни, перед тобой не ставится задача овладеть районом любой ценой и как можно быстрее. Прежде всего – сохранить людей. А задачу мы выполним. Не завтра, так послезавтра, не одной ротой, так двумя. После массированной артподготовки. Поэтому действуй не спеша, без суеты. Знаю, думаешь: вот комбат учит как солдата-первогодка, словно не доверяет. Нет, Юра, просто я хочу, чтобы у тебя прочно засело в голове: главное – не допустить неоправданных потерь.

– Да понял я все, товарищ подполковник!

Голубятников затушил окурок в пустой консервной банке, заменившей офицерам роты пепельницу.

– Ну, раз понял, пойдем, пройдемся к мосту, посмотрим на четвертый район. На месте уточним порядок форсирования этой преграды.

Стрельцов оделся, и офицеры вышли из небольшого дома – командно-наблюдательного пункта восьмой роты. Еще раз на местности «проиграли» действия десантников. Прощаясь с ротным до утра, комбат подытожил:

– Ну, вроде все! В 8.00 доклад о готовности, и вперед. Как говорится, свисток – и пошел!

Ужин прошел по распорядку дня. Роты выставили усиленные караулы. Остальной личный состав был отправлен на отдых. Зенитчики получили команду отойти к дому культуры, чтобы с утра вновь занять позиции у моста. А в 22.00 Голубятников собрал на КНП майора Кувшинина, майора Холодова и майора Корсарова.

– Ночью обязательно проверить, как несут службу караулы. Очередность установите сами. В 6.00 всем подъем – и работаем по последнему району. Вопросы?

– Да какие могут быть вопросы, командир, – за всех ответил майор Кувшинин. – Я сейчас быстро составлю график проверок, так что все будет как надо. А ты отдохни, видок у тебя не того.

– Что значит «не того»? – уточнил Голубятников.

– Больной или усталый. Может, простуду зацепил?

– Да нет, здоров. А вот настроение хреновое. И вроде все идет по плану, задачи решаем вовремя, а настроения нет...

– Да у кого оно тут на этой гребаной войне есть? – спросил Холодов и сам же ответил: – Ни у кого. Потому как не война это, а одно сплошное скотство.

– Ну, ладно, хватит, – остановил заместителя по воспитательной работе Голубятников. – Еще солдаты услышат, что подумают?

– Они и без нас думают так же.

– Без нас – пусть, а офицерам плакаться не пристало. Да кого я учу?.. Всё, до завтра, я на отдых, всем спокойной ночи!

8 февраля 1995 года, среда, район дислокации разведроты 3-го усиленного батальона 137-го гвардейского парашютно-десантного полка

Капитан Телинский поднялся в 6.00. Дежуривший с двух часов заместитель, старший лейтенант Григорин, доложил:

– У нас все в порядке, командир. Недавно ходил, проверял посты южного направления. Мост на месте, наблюдатели на месте, четвертый квартал стоит черным массивом. Погода хреновая, слякотно, небо затянуло тучами; возможно, пойдет снег. Наши наблюдатели ничего подозрительного не замечали. Связывался с Гришиным из девятой роты; их парни тоже ничего угрожающего в четвертом районе не зафиксировали. Если там и засели «духи», то в укрытиях, по территории не шарятся.