Последний шанс

Глава 2

Шел снег, и Арни устал от Кливленда. Он ждал в аэропорту рейса в Лас-Вегас — домой, и против всякого здравого смысла позвонил младшему вице-президенту аризонского клуба «Кардиналз».

Кроме Рика Доккери, у Арни было семь игроков Национальной футбольной лиги и еще четыре — в Канаде. Честно говоря, он являлся агентом средней руки, но не собирался останавливаться на достигнутом. Звонок по поводу Рика Доккери никоим образом не укрепил бы к нему доверия. Рика, вероятно, обсуждали больше, чем любого другого игрока, но Арни требовалась совсем не такая шумиха. Вице-президент отвечал вежливо, но кратко. Чувствовалось, что ему не терпится положить трубку.

Арни отправился в бар, заказал спиртное и сумел найти такое место, где не было телевизоров. В Кливленде до сих пор только и говорили о квотербеке, у которого трижды за одну игру перехватили мяч, хотя до этого никто не знал, что он вообще состоит в команде. «Браунс» заканчивали сезон с не слишком собранной линией нападения, но зато с очень жесткой защитой, пресекавшей все попытки противников заработать много ярдов и очков. Команда проиграла всего один раз, и с каждой очередной победой у горожан крепла мечта, что любезные их сердцам неудачники на этот раз завоюют Суперкубок. За один короткий сезон команда внезапно превратилась в грозу соперников.

Если бы она выиграла в прошлое воскресенье, то ее противником в борьбе за Суперкубок стали бы «Викинги» Миннесоты, которых «Браунс» наголову разгромили еще в ноябре.

Город ощутил сладость чемпионата.

И вдруг из-за одиннадцати ужасных минут все рухнуло.

Арни заказал вторую порцию спиртного. За соседним столиком напивались два коммивояжера, смакуя проигрыш Кливленда. Оба приехали из Детройта.

Главной новостью дня стало освобождение от должности генерального менеджера клуба «Браунс» Клайда Уэкера — человека, которого еще в прошлую субботу превозносили как гения, а теперь превратили в главного козла отпущения. Кого-то требовалось выставить вон — не только Рика Доккери. Когда установили, что Уэкер в октябре подписал с Доккери льготный контракт, владелец указал ему на дверь. Устроили публичную расправу — организовали большую пресс-конференцию, много кипятились вне себя от досады и обещали крепко держать руль, чтобы команда взяла свое.

Арни познакомился с Риком, когда тот учился на последнем курсе в Айове. Сезон начинался многообещающе, но постепенно превратился в заурядный розыгрыш кубка командами третьего уровня. Два последних сезона Рик начинал в качестве квотербека и, казалось, превосходно подходил для играющей в свободном стиле оттянутой назад линии нападения, что редко встречается в «Большой десятке».

Но вместо этого он приехал в Торонто и провел там два ничем не примечательных сезона. А затем принялся обивать пороги Национальной футбольной лиги. Лишь его рука давала ему право войти в списочный состав команды. Каждый клуб был не прочь обзавестись квотербеком, так сказать, третьей линии обороны. На испытаниях, проводимых во множестве, он нередко поражал своими бросками тренеров. Однажды Арни сам наблюдал, как Рик послал мяч на восемьдесят футов, а через несколько минут пустил его вроде снаряда со скоростью девяносто миль в час.

Но Арни знал то, что подозревали многие тренеры: для футболиста Рик слишком опасался физических контактов. Не случайных и безобидных попыток остановить идущего вперед квотербека. Он, хотя и не без основания, боялся блоков и молниеносных лайнбекеров.

В каждой игре случаются моменты, когда принимающий уходит от соперника и открывается. Остаются доли секунды, чтобы отправить ему мяч. Но на квотербека несется дюжий, орущий во всю глотку лайнбекер, стремящийся исправить свою оплошность. И тот оказывается перед выбором. Стиснуть зубы и пожертвовать собственным телом, поставив на первое место команду. Отдать чертов пас, сыграть как положено, и пусть его размазывают по полю. Или вцепиться в мяч и бежать, молясь о том, чтобы дожить до следующей игры. Рик все то время, пока его наблюдал Арни, никогда, ни единого раза, не ставил на первое место команду. При малейшем намеке на блок он отступал и что есть духу несся к боковой линии.