Последний шанс

Глава 25

Появление Бергамо произвело впечатление. Команда привезла с собой много болельщиков. Они явились на стадион «Ланфранчи» задолго до начала игры, развернули плакаты, опробовали дудки, прорепетировали речевки и вообще вели себя как дома. Восемь завоеванных «Львами» Суперкубков давали им право оккупировать любой стадион в Италии. Девушки из группы поддержки были одеты подобающим образом — в золотистых юбочках и черных, до колен сапогах. Когда они, потягиваясь и приплясывая, начали разогреваться перед ответственным матчем, напряженная сосредоточенность, по крайней мере на время, покинула футболистов «Пантер».

— Почему нам не завести таких же? — спросил Рик, когда тренер проходил мимо.

— Заткнись, — огрызнулся тот.

Сэм обходил поле и покрикивал на своих подопечных — не менее взбудораженный, чем наставники команд НФЛ перед важной игрой. Он перебросился парой слов с репортерами из «Газетта ди Парма». Телеоператоры сняли несколько кадров, причем девушки попадали в объектив не реже футболистов.

Но фанатов «Пантер» было не забить. Алекс Оливетто потратил неделю, сколачивая группу из молодых игроков флажковой футбольной лиги. Они заняли скамьи и вскоре вовсю перекрикивали болельщиков Бергамо. Там же сидели бывшие «пантеры» со своими семьями и друзьями. Все, кто хоть сколько-нибудь интересовался американским футболом, пришли на стадион задолго до начального удара.

В раздевалке царило напряжение, и Сэм не пытался успокоить игроков. Футбол — страстная игра. Эмоции футболистов большей частью зиждутся на страхе, и любой тренер хочет, чтобы команда настроилась на силовую борьбу. Сэм предостерег от неспортивного поведения, попросил подопечных не допускать глупых ошибок, не позволять перехватывать у себя мяч и на этом закончил.

Когда команды построились перед начальным ударом, набитые до отказа трибуны громко шумели. Парма получила мяч, и Джанкарло, петляя, ринулся вдоль боковой. Он успел отдать пас назад перед тем, как его снесли у скамьи Бергамо на тридцать первом ярде. Рик продвигался вперед вместе с нападением — внешне спокойный, но с холодком в животе.

Первые три розыгрыша прошли в соответствии со сценарием — ни один из них не ставил целью заработать очки. Рик объявил проход квотербека. Переводить не потребовалось. Нино трясло от ярости и никотинного голодания. Его ягодичные мышцы сводила судорога, но отрыв прошел гладко, и Рик как ракета бросился на Маски. Тот сбил его с ног и остановил игру после того, как был выигран всего один ярд.

— Неплохой проход, козел, — бросил Маски с сильным акцентом. Этим эпитетом Рика будут не раз награждать в первой половине игры.

Следующий розыгрыш повторил предыдущую комбинацию и, как и было запланировано, не принес команде успеха. Каждую третью попытку Маски атаковал квотербека, и некоторые из его блоков граничили с откровенной грубостью. Но то ли из-за отсутствия опыта, то ли из-за желания порисоваться он нападал в полный рост. Рик объявил специальную комбинацию:

— Убираем Маски.

Нападение целую неделю отрабатывало этот прием. Игроки построились в линию без замыкающего, с тремя футболистами на флангах. Франко пристроился за датчанином Карлом, который выполнял функцию левого блокирующего полузащитника, и пригнулся, чтобы его не было видно. После отрыва мяча линия нападения пошла вперед, оставив просвет для синьора Л. Т., чтобы Маски имел возможность прорваться к Рику. Итальянец попался в ловушку, и поспешность чуть его не убила. Рик пригнулся отдать пас, надеясь, что их трюк сработает до того, как на него налетит лайнбекер. Маски прорвался сквозь линию «Пантер», бравируя своей силой, и, радуясь, что в самом начале игры сумел добраться до квотербека, бросился вперед. Но в этот момент из ниоткуда возник судья Франко и устроил столкновение игроков, каждый из которых весил подвести двадцать фунтов. Его шлем угодил точно под срез маски Л. Т., ремешок лопнул, и золотистая каска футболиста Бергамо взмыла в воздух. За ней последовали ноги Маски. Когда итальянец, совершив кульбит, приземлился на голову, Сэм испугался, что они его убили. Классический пример устранения соперника. В Соединенных Штатах спортивные телеканалы миллион раз повторили бы этот запоминающийся эпизод. Абсолютно законный и очень жестокий прием.