Последний шанс

Глава 4

Тренер Руссо читал «Газзетта ди Парма» и, сидя на пластмассовом стуле в зале ожидания пармского вокзала, терпеливо ждал, не желая признаваться себе, что немного нервничает. Он единственный раз разговаривал по телефону со своим новым квотербеком, когда тот играл в гольф где-то в Калифорнии, и эта беседа оставила у него малоприятный осадок. Доккери не горел желанием играть за его команду, хотя был явно не прочь несколько месяцев пожить за границей. Похоже, Доккери нигде не хотелось играть. Пущенное журналистом прозвище «Величайший козел» стало известным далеко за пределами Кливленда, и он по-прежнему оставался предметом насмешек. Доккери был футболистом и хотел играть в футбол, но вместе с тем мучился сомнением, стоит ли по-прежнему связываться с этой игрой.

Он сообщил, что не знает ни слова по-итальянски, но в десятом классе изучал испанский язык. «Отлично, — подумал Руссо. — Проблем не будет».

Сэму не приходилось тренировать квотербека из профессионалов. Тот, что играл у него до Доккери, какое-то время защищал команду Университета штата Делавер. Впишется ли Доккери в их коллектив? Команду взволновало известие, что у них появится квотербек профессионального уровня. Но примет ли она его? Не отравит ли поведение новичка атмосферу в раздевалке? Сумеет ли он, Сэм, на него влиять?

«Евростар» из Милана подошел к перрону, как всегда, вовремя. Двери открылись, и из вагонов посыпались пассажиры. Стоял март, и многие были в теплых темных куртках. Люди все еще кутались от зимних холодов, хотя и рассчитывали на теплую погоду. Но вот появился Доккери — прямиком из Южной Флориды. С нелепым загаром, одетый, словно для выпивки в загородном клубе, — в кремовую хлопчатобумажную ветровку, желтую рубашку с тропическим рисунком, свободные белые брюки, не доходившие до голых бронзовых лодыжек, и ботинки из крокодиловой кожи — скорее красноватые, чем коричневые. Со всем этим прекрасно сочетались два чудовищных чемодана на колесиках. Доккери пытался с ними справиться, но безуспешно, поскольку у него на шее висела увесистая связка клюшек для гольфа.

Так состоялось прибытие квотербека.

Глядя на его мучения, Сэм сразу догадался, что до этого Доккери ни разу не ездил на поезде. Он вышел навстречу и представился:

— Рик, я Сэм Руссо.

Толкая вещи вперед, Доккери криво улыбнулся. Ему наконец удалось переместить клюшки за спину.

— Привет, тренер!

— Добро пожаловать в Парму. Позволь тебе помочь. — Сэм взял один из чемоданов, и они покатили багаж по вокзалу.

— Спасибо. А здесь прохладно.

— Холоднее, чем во Флориде. Как добрался?

— Нормально.

— Любишь играть в гольф?

— Еще бы. Когда здесь потеплеет?

— Примерно через месяц.

— У вас много площадок для гольфа?

— Не приходилось видеть ни одной.

Они вышли на улицу и оказались у миниатюрной, приземистой «хонды» Сэма.

Рик обвел глазами площадь и заметил, что другие машины такие же маленькие.

— Бросай все на заднее сиденье, — предложил Сэм, открыл багажник и втиснул чемодан в тесное пространство. Для второго места не оказалось, и он отправился на заднее сиденье поверх клюшек для гольфа.

— Хорошо, что не взял больше вещей, — пробормотал Рик. Он был ростом шесть дюймов два фута и в автомобиле уткнулся коленями в переднюю панель. Но сиденье не пожелало откатываться назад, поскольку упиралось в клюшки для гольфа. — У вас здесь крохотные машинки, — обобщил свои наблюдения прибывший.

— Точно. Бензин стоит доллар двадцать центов за литр.

— Это сколько за галлон?

— Здесь в галлонах не меряют. Продают только палитры. — Сэм включил передачу, и они отъехали от вокзала.

— Но все-таки сколько же за галлон? — не отступал Доккери.

— Скажем так: литр — это примерно кварта.

Рик задумался и невидящим взглядом скользил по мелькавшим за окном домам на страда Гарибальди.

— В каком колледже ты учился?

— А ты в каком?

— В Бакнеле.

— Никогда о таком не слышал. Там играют в футбол?

— Конечно. Помаленьку. Размах совершенно не тот, что в «Большой десятке». Так вот, в галлоне четыре кварты. Таким образом, галлон стоит примерно пять долларов.

— А эти дома в самом деле старые, — заметил Рик.

— Эту страну недаром называют древней. Какой у тебя был основной предмет в колледже?