Прорыв из Сталинграда

Глава третья

— Привяжи трос к первому танку и попробуй вытянуть его из воды, пока еще есть время! — приказал Стервятник Крадущемуся Иисусику.

— Но, — гауптштурмфюрер вздрогнул от страха, — это же опасно…

— Сделай это. Всё, конец! — рявкнул Гейер.

Он повернулся и увидел, что Т-34 начинают окружать их, готовясь к атаке. Русские танки выстраивались так, чтобы оказаться по отношению к немецким «Тиграм» со стороны своей лобовой брони, которая была толще всего, и ни в коем случае не стать боком. Стервятник задумался. Танки русских не были оснащены средствами радиосвязи, за исключением командного танка. Обычно русские танкисты сообщались друг с другом и передавали команды при помощи маленьких разноцветных флажков. Стервятник решил, что если он сможет вывести из строя командный танк русских — единственный, оснащенный радио, — это несколько снизит темп русского наступления.

Штандартенфюрер присмотрелся и увидел его — русский танк с серебристой антенной, торчавшей над башней.

— Огонь по Т-34 в направлении на три часа! — приказал он.

Башня «Тигра» развернулась в направлении «тридцатьчетверки». Стрелок тщательно навел орудие. Стервятник не торопил его, хотя и чувствовал, как неумолимо уходит драгоценное время. Вскоре русские вызовут на подмогу штурмовики, и тогда им станет действительно жарко…

— Три… два… один… — начал отсчитывать секунды стрелок перед тем, как выстрелить.

В этот момент что-то ударило в бок танку. Это было похоже на удар гигантского кулака. «Тигр» вздрогнул всем корпусом, и штандартенфюрер Гейер вместе со стрелком увидели, как с внутренней стороны брони стало разрастаться пятно раскаленного металла — в том месте, где бронебойный снаряд русских пытался пробить корпус «Тигра». Замерев, они оба уставились на это пятно, прекрасно понимая, что случится, если бронебойный снаряд русских все же проникнет через броню «Тигра» и разорвется внутри. Тогда их иссечет осколками, и они в мгновение ока превратятся в подобие мяса, пропущенного через мясорубку.

Но затем сияние раскаленного металла стало постепенно тускнеть, и Стервятник с облегчением вздохнул. Снаряд русских так и не сумел пробить броню их «Тигра». Но зато он сбил их прицел: стрелок выстрелил торопливо, и снаряд пролетел над Т-34, не задев его. Вместо этого он врезался в группу елей справа от русского танка и повалил их, точно те были спичками.

— Черт бы тебя побрал, стрелок, — завопил в ярости Стервятник, — ты что, не можешь нормально прицелиться?

Механик-водитель резко развернул их «Тигр», спасаясь от еще одного русского танка, который подкрадывался к ним сзади, собираясь расстрелять их там, где броня «Тигра» была тоньше всего.

Стрелок быстро перезарядил танковое орудие, но командирский Т-34 уже скрылся за деревьями. К тому же он поставил дымовую завесу, которая полностью скрыла его. Но стрелок нашел новую цель. И когда он выстрелил, то ехавшая в пятистах метрах впереди «тридцатьчетверка» резко остановилась, словно наткнувшись на незримую преграду. Из моторного отсека вырвались языки пламени. Крышка люка распахнулась, из нее на снег выпрыгнула темная фигура в комбинезоне, уже объятом огнем. Танкист отчаянно катался по снегу, пытаясь сбить пламя, пока другой Т-34 не проехал прямо по нему, превратив в лепешку.

Гибель этого неприятельского танка заставила остальных иванов сконцентрировать весь огонь на «Тигре» Стервятника. Снаряд за снарядом врезался в броню, раскачивая 60-тонную махину, точно детскую игрушку. Механик-водитель отчаянно пытался маневрировать и не позволить подкрасться сзади русской пехоте, вооруженной противотанковыми ружьями.

— Ставь дымовую завесу! — прорычал Стервятник. Дымовые заряды сработали, и в радиусе двадцати метров от их «Тигра» повисла густая серая пелена, скрыв корпус танка, весь испятнанный блестящими следами попавших в него вражеских снарядов.

Перед тем как опустилась дымовая завеса, совершенно закрывшая обзор, штандартенфюрер Гейер успел в последний раз окинуть взглядом поле боя. Дела шли совсем неважно. Танкист, которого Крадущийся Иисусик послал для того, чтобы тот прицепил буксировочный трос к заглохшему в реке «Тигру», неподвижно валялся на берегу. Очевидно, он был тяжело ранен. Русская пехота наступала со всех сторон, укрываясь за своими танками. Что, черт побери, он мог сделать в такой ситуации?

* * *

В двухстах метрах от этого места бойцы «Вотана» под командованием фон Доденбурга на несколько секунд остановились, изучая обстановку на поле сражения. Танки Стервятника вели отчаянную борьбу с наступающими на них русскими. Большинство «Тигров» было вынуждено поставить дымовые завесы, чтобы хоть как-то спрятаться за толстым слоем дыма, в то время как танки, переправившиеся на другой берег, делали все возможное для того, чтобы прикрыть их.

Фон Доденбург понял, что надо действовать очень быстро, иначе скоро «Вотан» полностью сомнут.

— Огонь по русским танкам! — приказал он.

Бойцы «Вотана», вооруженные противотанковыми гранатометами, открыли огонь по Т-34. Другие прикрывали их, не давая возможности пехотинцам русских приблизиться к немецким истребителям танков.

Сразу несколько Т-34 оказались подбиты. У некоторых соскочили гусеницы. Вражеские танки встали, объятые пламенем. Атака мгновенно захлебнулась.

Казалось, это настолько застало русских врасплох, что они растерялись и просто не знали, что им делать. Но затем кто-то прокричал приказ, и русские пехотинцы, развернувшись, с громким криком «ура!» бросились в атаку на бойцов фон Доденбурга.

Эсэсовцы встретили их ураганным огнем. Промахнуться на такой короткой дистанции было просто невозможно. Ряды иванов сразу расстроились. Убитые и раненые пехотинцы, словно подкошенные, валились на снег. Но вслед за одной шеренгой русских тут же появлялась другая, и атака продолжалась. Весь снег рядом с немецкими пулеметчиками был усеян пустыми гильзами, а они продолжали непрерывно стрелять по русским, выкашивая людей ряд за рядом.