Секретарша миллиардера

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

В конце сентября они находились во Вьетнаме.

Эми начала привыкать к большим азиатским городам с их миллиардным населением. Центр Сайгона не имел каких-то выразительных черт и был обычной деловой частью мегаполиса, но на окраинах чувствовалось, что у города есть сердце. Вместо безликих блочных многоквартирных домов Эми обнаружила очаровательные старые улочки с ветхими зданиями, раскиданными по берегам реки.

Они собирались остановиться не в отеле в центре Сайгона, а на окраине — на вилле, купленной концерном «Зелл Корпорэйшн». Девушке хотелось побыстрее увидеть эту виллу, особенно после того, как кто-то из компании в Гонконге сказал, что это самый красивый дом, в котором он когда-либо бывал — глаза говорившего в тот момент подернулись дымкой сладостных воспоминаний.

Автомобиль миновал высокие с кованым орнаментом ворота и въехал на мощенный булыжниками дворик. Две горничные, изящные вьетнамские девушки, одетые в черно-белую униформу, вышли поприветствовать прибывших и отнести сумки в дом.

— Какая изысканность, — в восторге воскликнула Эми, пока они знакомились с домом. На самом деле здание было похоже на маленький дворец — чарующая смесь Французской империи и Запретного города, с лепными украшениями стиля рококо и восточным антиквариатом, буддистскими шелковыми портьерами и тусклыми масляными картинами. Ей предназначалась огромная спальня, в центре которой высилась кровать с четырьмя столбиками, задрапированная прозрачной вуалью.

Улыбчивая горничная открыла стеклянные двери, ведущие в сад. Эми ступила за порог и застыла от изумления. Огромный сад окружала стена, большие вековые деревья с глянцевыми листьями отбрасывали тень, среди кустов в задумчивости застыли античные бронзовые вазы. В центре находился пруд, на поверхности плавали розовые и желтые цветы и изумрудные листья водных лилий. На глубине, словно в медленном танце, кружились шафрановые и малиновые рыбки.

Эми села на край пруда и провела пальцами по воде, затем перевела взгляд на клубнично-розовый дом. Он принадлежал к другой эпохе, эпохе балконов и арок. Кремовые мраморные колонны поддерживали портик, окна и парапеты были отделаны тем же бледным мрамором.

Появился Антон, он уже переоделся в джинсы и простую белую рубашку. Мужчина присел на бордюр рядом с ней.

— Нравится?

— Нет слов. Это самый красивый дом, какой я когда-либо видела.

— Он принадлежал одному из членов французского правительства. После войны его экспроприировали, а пять лет назад я купил его уже у вьетнамского правительства.

— У вас чудесный вкус, — похвалила Эми.

— В любое время я могу приезжать и жить здесь, — продолжал он. — По крайней мере несколько дней в году. У меня продолжительная любовь с Вьетнамом.

— Тогда я тоже попытаюсь полюбить эту страну, — Эми улыбнулась. Длинная мрачная тень леди Кэррон между ними уже исчезла. Собрание в Лондоне не скоро, и она старалась не вспоминать о нем, пока не придет время.

Строительство завода Вангтао почти завершилось. Он представлял собой один из самых амбициозных проектов мистера Зелла. Завод занимался переработкой использованной нефти, давая ей тем самым вторую жизнь. Вьетнаму этот проект мог сэкономить миллионы на импорте нефти и поддержать развитие других отраслей. Эми всегда восхищалась Антоном, его способностью найти решение для менее богатых клиентов, сохранить деньги и позаботиться об экологии.