Темный дар

ГЛАВА 24

— Куда мы идем? — спросила Джемма, когда кабина лифта остановилась на швартовочной палубе.

Двери кабины открылись, и мы увидели огромное окно — фактически застекленную стену наружного коридора. Как только рейнджер вышел из кабины, лицо у него стало землистого цвета.

— Я его на складе запер.

— Шейд мертв? — спросил я, вздрогнув.

— Нет, — ворчливо ответил рейнджер. — Если уж шокер не убил такого худышку, как ты, разве он прикончил бы такого верзилу?

— Но зачем вы его заперли на складе? — недоумевал я.

Мы с Джеммой пошли по коридору следом за Граймзом.

— Где-то же надо было его держать, — пробормотал рейнджер, неприязненно глянув на морскую воду за окном. — Доктора Содружество обеспечивает всеми медицинскими штучками, какие он пожелает. А у меня разве есть тюрьма?

Он вытащил флакончик с таблетками из кармана форменной куртки, взял две и запил водой из бутылки.

— Вы нехорошо себя чувствуете? — спросила Джемма.

Дрожащей рукой Граймз достал из кармана пластиковую баночку, вынул из нее капсулу и, разорвав ее, высыпал на язык порошок. Поморщившись, он запил его водой.

Я резко остановился.

— У вас морская болезнь!

— И что? — Рейнджер утер пот со лба. — Всякий нормальный человек себя так чувствует, попадая в смертельный подводный капкан.

Поспешно свернув за угол, он направился к складу. Я догнал его.

— Вот почему вы вчера не захотели пойти в салун. Вы боитесь спускаться на подводные этажи.

— Больной человек, — буркнул Граймз, — не всегда трус.

Может, так оно и бывало порой, но в случае с ним — нет. Он был болен, и он был трусом.

Граймз вставил ключ в большой амбарный замок, висевший на двустворчатой стальной двери. Отперев дверь, он жестом предложил нам войти. Я рукой загородил дорогу Джемме.

— Он там разгуливает, что ли? У Граймза заполыхали уши.

— Ты меня за идиота принимаешь, парень?

Мы с Джеммой переглянулись и крепко сжали губы, чтобы не расхохотаться.

— Нет, сэр, — сказал я.

Мы шагнули в огромный ангар. Идиотом рейнджер, возможно, не был, однако он ничего не знал о темном даре Шейда. Он не видел, как тот умеет растворяться на фоне различных предметов до такой степени, что становится почти невидимым.

— Идем, идем, — поторопил нас Граймз, когда за нами закрылись двери. — Он намного дальше.

Лампы были подвешены к потолку с большими промежутками, и их света едва хватало, чтобы можно было разглядеть передние решетки контейнеров, стоящих вдоль стен в несколько уровней.

— Поселенцы арендуют эти контейнеры для хранения того, что не помещается дома, — объяснил я Джемме, когда мы зашагали по центральному проходу.

— Не только поселенцы, — сказал Граймз.

В конце прохода мы повернули за угол и увидели в дальнем углу склада отдельно стоящую клетку.

— Вот эту арендовал один морской биолог, и она сейчас пустует, — сообщил Граймз. — Надеюсь, он не станет на нас ругаться за то, что мы ее употребили для пользы дела. Решетка — из чистого титана.

Акулья клетка.

Джемма встала в тени, отбрасываемой штабелем контейнеров.

— Я не хочу, чтобы он меня видел.

Я кивнул. Наверное, Шейд снился ей в страшных снах. Я пошел дальше с рейнджером. Над акульей клеткой горела лампа.

— Покажись этому парнишке, чтобы он тебя опознал, — крикнул рейнджер Граймз, подойдя к клетке.

Ответа не последовало.

Рейнджер постучал белой дубинкой по прутьям решетки.