Тест для убийцы

36

— Бетани Кавендиш тоже участвует в заговоре, — объявил Дэннис.

Они завтракали «У Дэнни» неподалеку от школы. Мэри пропустила лекцию по литературе, а Дэннис не попал на экзамен по экономике. Постепенно стало ясно, что эта небольшая экскурсия им дорого обойдется.

— Она сильно занервничала. Стала расхаживать по классу. Заглядывала в окна, как будто боялась, что кто-то ворвется. Сказала, что ничего не знает про книгу.

— В смысле? — недоверчиво спросил Брайан.

— Она говорит, наверное, произошла какая-то ошибка. Производственный брак.

— Ты рассказал ей про книгу в Кейле?

— Конечно. Она все твердила, что это, мол, брак; что две книги в Дилейн и одну в Кейл поставляла одна и та же фирма. Возможно, все экземпляры в этой части штата имеют аналогичный дефект. Но она соврала.

Дэннис откусил немного омлета. Мэри жевала тосты — аппетит у нее почти пропал, — а Брайан не ел вовсе. Казалось, только у Дэнниса хватало самообладания питаться.

— Что она ответила на вопрос о Полли?

— То же, что и тебе. Сказала, что почти ничего о ней не знает, что Уэнди и Стар уехали из Кейла месяцев через шесть после исчезновения Дианны и теперь живут в пригороде Сан-Франциско. Она слышала о девушке из Белл-сити, которая была похожа на Дианну, но подумала, что это как-то связано со Старом. Сказала, что парень был настоящим подонком. Сущим мерзавцем.

Итак, со вчерашнего дня ничего нового. Они не то чтобы вернулись к исходной точке, но и продвинулись не так далеко. Мэри понимала, что после обеда придется возвращаться в Винчестер, и если к тому времени они не сумеют установить связь Леонарда Уильямса с похищением Дианны Уорд, то зачем им вообще понадобилось ездить в Кейл и Белл-сити?

— Брайан, как ты думаешь, та девушка, которую ты встретил в Убойной, все еще в университете? — спросила Мэри.

— Не знаю, — ответил он. — Думаю, можно вернуться и выяснить. Она не студентка, я проверял. Я расспросил нескольких парней из братства, кто мог видеть меня с ней, но в тот вечер все надрались и ничего не помнят. Она словно появилась из ниоткуда. Как будто искала меня.

Все трое размышляли над этим, пока Дэннис просматривал за столом газету. Дойдя до статьи о внезапном отъезде Уильямса в местных хрониках, он стал читать вслух. Студенты уже знали все подробности о том, что Уильямс уехал раньше времени, что он читал в университете курс философии и логики, что все вещи в его кабинете пропали. Там же оказалось и высказывание ректора Ормана, гласившее:

— Почему он уехал? — спросил Брайан. Мэри заметила, что он вымотался не меньше ее, а возможно, и больше.

— Ты же сам говорил, — ответил Дэннис. — Потому что узнал о вашей переписке с Троем Хардингсом.

— Но Трой сам рассказал нам о книге, — отреагировала Мэри. — Мы ведь его не запугивали. Хотя Брайан все же пытался ему угрожать. Впрочем, это не важно. Трой нас явно не боялся. Он мог поступить как Бетани Кавендиш и попросту отрицать, что книга настоящая. А мог промолчать и не отвечать на наши письма.

— Может, Уильямс и этот Трой Хардингс пытались нам что-то сообщить, — высказал догадку Дэннис. — Может, своим неожиданным исчезновением они хотели заставить нас задуматься, старались навести на какой-то след, показать, что игра еще только началась.

Игра, подумала Мэри. Неужели первые пять недель занятий были всего лишь проверкой, своего рода экзаменом перед решающим испытанием, которое началось только сейчас, в Кейле? Какое отношение к этому имели «подсказки» Уильямса? Мэри вспомнила фотографию повешенного и задумалась о том, кто, по мнению Уильямса, скрывался под шелковым капюшоном. Она подумала о красной «хонде-цивик» и о железной дороге, которую профессор зачем-то добавил на снимок. А дом, в котором жила Дианна Уорд до своего исчезновения, как оказалось, существовал на самом деле и располагался на Дьюринг-стрит. Еще тот пес, черный лабрадор, который, несомненно, принадлежал Свину. И наконец, склад на шоссе № 64, где держали Полли.

«Что же там находится? — размышляла Мэри. — Что мы должны там найти? Нечто, чего мы не замечаем, потому что вдруг подобрались слишком близко?»

Девушка положила на стол пару долларов и пошла в ванную комнату. Сполоснув лицо, встала перед зеркалом, тяжело дыша и пробуя успокоиться. Она выглядела совсем плохо. Казалась истощенной и обессиленной. Зрелище было просто ужасное.

Когда Мэри вышла на улицу, рядом со столиком стоял тот самый мальчик. Он был в широком пальто, слишком теплом для этого времени года, длинные светлые волосы спадали на глаза. Он оказался старше, чем на снимках, которые видела Мэри: на школьной фотографии, где его улыбке недоставало зубов, или на семейном портрете вместе с родителями, братьями и сестрами.

35 37