«Тирпиц». Боевые действия линкора в 1942-1944 годах

Глава 7 У РУЛЯ ВСТАЕТ ДЁНИЦ

Как раз в конце сражения 31 декабря связь между морским штабом в Северной Норвегии и Берлином прервалась, так что Гитлер и Редер не имели о нем никаких сведений, за исключением того, что можно было узнать из передач Би-би-си.

Итак, Гитлер с негодованием ждал; Гитлер, который не позволял ни одному большому кораблю выйти в море без своего разрешения; Гитлер, который не мог заснуть, если в море находился хоть один большой корабль его флота; Гитлер, который говорил Редеру: «На суше – я герой, на море – трус».

А Геринг тем временем добавлял: «Я вас предупреждал» и жаловался, что ему приходится расходовать свои драгоценные самолеты на защиту больших кораблей, от которых все равно нет никакого толку.

Наконец пришло сообщение о сражении 31 декабря, и Редер понял, что тянуть дальше некуда. Он поехал в Восточную Пруссию в штаб Гитлера и 6 января встретился с ним. Суть разговора выражена двумя предложениями из отчета Редера: «Фюрер полтора часа говорил о роли прусского и германского флотов со времени их создания», а «у главнокомандующего ВМФ почти не было возможности вставить слово…».

К середине речи Гитлера Редер понял, куда клонит фюрер. Германский флот не оправдал тех ресурсов, которые были в него вложены как в Первую, так и во Вторую мировую войну. Тяжелые корабли устарели и требовали слишком больших людских и материальных ресурсов, кроме того, для их прикрытия нужно очень много самолетов, которые могли бы принести большую пользу в другом месте.

«Не следует рассматривать отказ фюрера от крупных кораблей как деградацию флота. Аналогичным решением для армии был бы отказ от кавалерийских дивизий», – так, по словам Редера, говорил Гитлер.

Редер уехал в конце совещания и впоследствии отмечал в своих записях, что Гитлера еще можно было убедить не отказываться от больших кораблей.

Но этого Редер как раз сделать не мог. Последним его шагом перед отставкой было составление длинного меморандума, в котором он вновь обосновывал необходимость создания сбалансированного флота, в котором ведущую роль сыграли бы большие корабли и морская авиация.

Редер вышел в отставку 30 января 1943 г., прокомандовав немецким флотом с октября 1928 г. Уходя, он предложил предоставить ему какой-нибудь почетный пост, чтобы не пострадал боевой дух нации, как это случилось в декабре 1941 г., когда Гитлер отправил в отставку своих генералов.

В результате Редера назначили главным инспектором флота, но ему было нечего делать. После выхода в отставку он заявил, что Кумметц, командовавший морским сражением под Новый год, вел себя слишком осторожно, потому что выполнял приказ свыше. Затем он порекомендовал назначить новым главнокомандующим либо Карльса, либо Дёница.

Карльс по складу характера был похож на Редера, в свое время он служил на обычном надводном корабле. Дёниц же в Первую мировую войну командовал субмариной и, когда его лодка была потоплена в Средиземном море, попал в плен к англичанам. В Англии он некоторое время провел в психиатрической лечебнице Манчестера, вероятно симулируя сумасшествие, чтобы добиться отправки на родину.

Было бы интересно узнать, почему этот человек, ничем особым себя как офицер-подводник не проявивший, был после возрождения немецкого флота в 1935 г. назначен его командующим. Однако это назначение оказалось, несомненно, очень удачным. Когда Редер ушел, а Дёниц занял его место, нескольким отличным офицерам тоже пришлось уйти в отставку, но к тому времени подводная война являлась единственно возможным путем продолжения борьбы на море. А для этого был нужен опытный адмирал-подводник.