Улитка в тарелке

Глава шестая

о том, как Мира отвечает обманом на обман, а Эви прощается со своей улиткой

Этот день был таким, словно снился. Мире казалось, что она и ходит по-другому, и деревья растут будто вбок, и собаки улыбаются с каким-то загадочным выражением.

«А вдруг они догадались? — присматриваясь к их разноцветным мордам, гадала Мира. — Они же по-другому думают… И они меня видели ночью. Вот хорошо, что собаки не говорят!»

Ей вспомнилось, как однажды Эви пытался научить Булку разговаривать. Обняв ее рыжую мягкую шею, он терпеливо повторял ей в ухо разные короткие словечки. Булка радостно и горячо дышала, то и дело норовила лизнуть Эви в нос, а вот произносить слова отказывалась.

— Ну, ты придумал! — удивилась тогда Мира. — Все ж знают, что собаки не разговаривают.

Он сразу насупился:

— Кто знает? Кто пробовал их учить? Вот если у меня ничего не получится…

— Конечно, не получится!

— Откуда ты знаешь?

— Да вот знаю! Мне Дрим уже сто книжек про собак прочитал. И везде они только лаяли. Только думали словами.

На самом деле книга была всего одна. Как всегда сказка, хотя Мира уже тогда знала, что существуют и другие книги. Дрим обещал, что, когда она вырастет и у нее откроется способность читать, он охотно даст ей хоть все тома, что стоят у него в кабинете.

Мира вспомнила все это, уже стоя на пороге его дома. Если уж сегодня она собралась попрощаться со всем и со всеми, то Дрим должен стать первым. Так было справедливо…

Постучав, Мира заставила себя дождаться, пока Дрим отзовется. У Дрима всегда был веселый голос, от которого хотелось улыбаться. Мира часто думала, что если б кто-нибудь взялся рисовать голоса людей, то с губ Дрима на этой картине должны были бы слетать солнечные зайчики. Иногда Эви рисовал вокруг лесных цветов разноцветное сияние и говорил, что именно так они и звучат. Это чтобы ей было понятней. Мира ему верила и представляла цветочные голоса.

— Заходите же! — повторил Дрим, и ей стало слышно, что он сам идет к двери.

Мира толкнула ее несильно, чтобы невзначай не ударить Дрима, если он подошел уже близко. Его волосы вспыхнули перед ней так ярко, что она едва не зажмурилась. А глаза рассмеялись. Не обидно рассмеялись, а радостно.

— Мира! Ты куда это запропала? Все в своем овраге отсиживаешься?

— На краешке. Я что-то еле-еле потом наверх выползаю… Это почему?

Ей хотелось взглянуть на него требовательно, а вышло умоляюще: «Скажи мне, Дрим! Ну, пожалуйста… Тут тоже есть какой-то секрет?»

— Надо давать тебе побольше витаминов, — озабоченно проговорил Дрим. Его глаза больше не смеялись.

«Ладно, — сдалась Мира. — В жизни он правды не скажет. Или это — правда? Просто витаминов не хватает? Все равно… Не хочу я, чтоб он мне врал. И пытать не буду».

— Почитать тебе? Я тут откопал у себя одну занимательную книженцию…

«А вот это — вранье! Тебе ее ночью привезли», — догадалась Мира. Она как-то растерялась: то ли обидеться на то, что Дрим все же солгал ей, то ли радоваться тому, что он попросил привезти для нее книгу? Потом он, конечно, прочитает ее и другим, но она-то будет первой…

— Дрим, — неуверенно позвала она, — а ты помнишь, каким ты был маленьким?

Он ответил, не отведя взгляда:

— Да таким же, как ты. Только рыжим.

— Таким же уродом?

Голос у него стал резким:

— Ты не уродка! Что еще выдумала? Вон какая у тебя улыбка красивая! Попробуй найди взрослую женщину, которая так улыбалась бы… И ходишь ты красиво! Не то, что остальные девчонки — ногами шаркают. А морщинки пройдут с годами, ты же знаешь… Они у тебя и так почти не заметны.

— Почему мне кажется, что их становится все больше? — пробормотала Мира.

— Ну, это ты выдумываешь! — с легкостью заявил Дрим. — Обычная девчоночья придурь. Все девчонки считают себя уродинами, а попробуй назвать так — в драку кинутся! Тебя Эви не ждет? Может, в шашки сыграем, если читать не хочешь?

— Хочу!

«Он же для меня раздобыл эту книгу!»

Дрим посмотрел на нее с сомнением:

— Хочешь? Ну, садись сюда.

Он махнул рукой в сторону голубого диванчика с изогнутой спинкой, но Мира запротестовала: