Уролога. net

ДИЛАНЯН, РЕДАКТОР ЖЕНСКОГО ЖУРНАЛА И МОЧЕВОЙ ПУЗЫРЬ

— Господи, ты наказываешь меня за мои грехи, грехи моего отца, деда и прадеда! — изволил беситься его светлость князь Горисский Диланян, по совместительству врач-уролог. — Ибо наказывать человека так жестоко за одни только его грехи было бы слишком несправедливо!

— Оганес, я тоже не безграмотная и читала Ходжу Насреддина, — ответила главный редактор модного издания Татьяна Александровна, нервно постукивая ноготками по столу. — Но эту твою статью опубликовать я не могу!

Разговор происходил в редакции, куда Диланян пришел выяснить причину отказа в публикации статьи. Поступок для него беспрецедентный, ибо к отказам он всегда относился ровно, тут же выкладывал статью у себя в дневнике и получал отзывы, доказывающие, что статья была стоящая, а вы, уважаемый зловред, грызите себе локти и не смейте возлежать с отроковицей! Но на сей раз вопрос был принципиальный: статью надо было публиковать, и надо было публиковать именно для женской аудитории.

— Да приснится тебе агглютинация О-фактора патогенности к твоим гликозаминогликанам! — предал редакторшу анафеме Диланян. — Да ощутишь ты императивный позыв к микции! Почему ты не хочешь публиковать мою статью?

— Вот как раз поэтому, — Татьяна Александровна давно привыкла не впадать в эмоции в ответ на проклятия. — Твоя статья изобилует терминами! И еще, это же полная чернуха!

— Почему чернуха? — удивился Диланян. — Обычный рабочий процесс!

— Оганес, — устало бросила редакторша. — Может быть, для тебя это в порядке вещей. Но журнал наш читают обычные люди. Психически, как правило, нормальные. Не безумцы и не извращенцы.

— Я безумец и извращенец?! — взбеленился Диланян. — О, грязная помесь паука и гиены…

— Погоди, — зловред нетерпеливо махнула рукой. — Слушай, цитирую: «Медсестры избегали входить в операционную, ибо там пахло кипяченой мочой и жженой плотью». Это нормально?

— Ну… — не нашел что возразить Диланян.

— Оганес. Я в день читаю двадцать — тридцать статей. Привыкла ко многому. Но даже я… — голос редакторши сорвался на крик, — …даже я испытала тошноту и вчера весь день ничего не могла есть после прочтения этой твоей порнографии! Не пойдет она в печать!

— У тебя когда-нибудь был цистит? — после минутной паузы поинтересовался Диланян. — На пару дней?

— Был. Я на холодном камне посидела. Выпила таблеточку, и все! — выдохнула редакторша.

— А вот представь, что это состояние с тобой каждый день. С утра и до вечера. Что ты не можешь выйти из дома, потому что постоянно хочешь мочиться. Что ты боишься мочиться, потому что это больно. Ты не можешь жить половой жизнью, ибо каждый половой акт для тебя заканчивается таким обострением, что ты проклинаешь партнера на чем свет стоит! — сделал последнюю, отчаянную попытку Оганес.

— Да к врачу я пойду, к врачу! У меня ДМС в хорошей поликлинике! — Редакторша уже совсем не владела собой. — При чем тут мой журнал?

— Ты знаешь, что в самой лучшей поликлинике лимит приема пациента — семнадцать минут? И что за это время разобраться в причинах женской дизурии не-воз-мож-но! Да что я тебе объясняю… — Диланян безнадежно махнул рукой, собрал свои листки и двинулся к выходу.

— Вот опять. Опять! — Истерика нарисовалась на лице редакторши, она дышала часто, лицо ее покраснело.

— Что опять? — повернулся Диланян.

— Дизурия. Что это за фигня? Ты понимаешь, что как только даже очень умная женщина дойдет до этого слова, она зевнет и перевернет страницу? И даже не посмотрит рекламу и не откроет пробник шампуня против перхоти? Ты можешь сесть и рассказать мне нормальными, обычными словами, без чернухи, что это за ересь — хронический цистит? И почему это должно быть интересно моей аудитории?

— Потому что его не существует, — ровным, бесцветным голосом сказал Оганес. — До встречи, Тань.

— Погоди… Эй, есть кто-нибудь там? Принесите мне кофе и что-нибудь типа коньяка. Граммов сто, — чувствуя, что способность трезво мыслить все равно покидает ее, крикнула редактор в селектор. — А ты перестань дуться, садись и повтори то, что только что сказал.

— Хронического цистита не существует, — повторил Диланян. — Это ошибка.

— Это только твое мнение или как? — насмешливо поинтересовалась редактор.

— Вбей в поисковик «МКБ-10». Скачай файл. Открой раздел N 30 — цистит. Там просто нет такого диагноза! — затараторил Оганес.

— Что такое «МКБ-10»? — спросила Татьяна Александровна, выполняя указания. — Маленький коллайдер Буша?

— Международный классификатор болезней десятого пересмотра, — показал оскал Диланян.

— Так, так, так… Ну, вот же! «Хронический интерстициальный цистит», «Другой хронический цистит», — победно изрекла Таня, мол, не морочь мне голову.

— А ты знаешь, что такое интерстициальный цистит? А не задаешься ли вопросом, почему не просто «хронический цистит», а «другой»? — демонически улыбнулся Оганес. — Почему это в серьезном классификаторе, которым пользуются все врачи мира, нет диагноза «Хронический цистит»?