В окружении Гитлера

Вождь артаманов

«Я знаю, что есть в Германии и такие, кому при виде наших черных мундиров делается дурно; мы можем их понять…» — эти слова принадлежат Генриху Гиммлеру, идеологу «третьего рейха» и архитектору воображаемой «великой германской империи», отечества чистопородных германцев, империи, которая должна была простоять тысячу лет и больше.

О Гиммлере после войны написано очень много. Вышло немало книг: биографий, исследований и мемуаров, изображающих его то кровавым палачом, то орудием в руках Гитлера. Для одних он был мелким лавочником, которому власть вскружила голову, для других — великим инквизитором, диктовавшим попавшему в сети свастики человечеству новые законы. Западногерманский историк Альбрехт Тирелль говорит, что «фюрер был для него богом», а Альберт Шпеер считает Гиммлера «классической заурядностью». Британский историк Джеральд Рейтлинджер, автор книги об СС («СС — алиби народа»), относится к нему как к маньяку, которому вложили в руки разящий меч. Иоахим Фест полагает, что Гиммлер в действительности был провинциалом робкого десятка, который бюрократическими средствами пытался заглушить страх перед мужеством, что подтверждается и его самоубийством, когда в час расплаты он не сумел побороть боязнь взглянуть правде в глаза. Он, кто публично осуждал самоубийство эсэсовца, называя это недостойным чистокровного немца поступком, когда все рухнуло, сам принял яд.

Каким же был Гиммлер на самом деле? Оказавшиеся спустя 20 лет после войны доступными документы, например дневник молодого Гиммлера («Гуверланберн» в Пало Альто, США) или находящиеся сейчас в Кобленце архивные материалы (папки «Гиммлер», «Дарре», фонд «Шумахер», «Главный архив НСДАП», а также тексты бесед с членами семьи Гиммлера, с Эмми Геринг, со вдовой бывшего группенфюрера СС Олендорфа), несколько по-иному рисуют портрет руководителя СС и полиции в «третьем рейхе», а в конце войны министра внутренних дел и главнокомандующего резервной армией. Ни Фест, ни Рейтлинджер, ни, пожалуй, авторский дуэт Роджер Манвелл и Генрих Френкель (их перу принадлежит биографии Геббельса, Геринга и Гиммлера) не имели доступа к этим источникам, раз они не заинтересовались деятельностью Гиммлера-политика, ограничившись лишь рассмотрением вопроса об уничтожении евреев. Достаточно сказать, что в работах упомянутых авторов польская проблема да и вообще восточная политика Гиммлера затрагиваются лишь мимоходом. А ведь Гиммлер был не только палачом, убийцей и вождем «черных преторианцев» Гитлера, он был также и пан-германским политиком, тем более опасным, что в его полном распоряжении находилась мощная сила — «черная армия», которую отличала слепая, фанатичная преданность Гиммлеру. Гиммлер не убивал людей из страха или просто из любви к убийству (он не мог смотреть на казнь), он убивал из политического расчета. Проповедовавшаяся им теория «чистой расы» была единственным средством претворения в жизнь конкретной программы приобретения для Германии как можно более обширной, свободной от людей территории на Востоке. В то время как гитлеровцы завоевали чужие страны и земли, Гиммлер готовил почву для немецкой колонизации, дабы довершить «дело» своего фюрера.

Есть и иной взгляд на роль, которую Гиммлер играл в рейхе и которую Гитлер отводил ему в своих планах. Заметим, кстати, что только Гиммлер не был связан ни с одной группой или фракцией в НСДАП, что с первого и до последнего дня он на свой манер оставался преданным Гитлеру, что именно Гиммлеру поручил фюрер ликвидацию некогда близких ему людей в «ночь длинных ножей» 30 июня 1934 г., что Гитлер безгранично доверял Гиммлеру; он ведь считал гестапо и «Ваффен-СС» твердыней, на которой и выстроил свою «коричневую империю». На это, разумеется, можно возразить, ибо Гитлер в последние часы войны выбросил Гиммлера из партии за измену, поскольку тот пошел на переговоры с врагом (при посредничестве графа Бернадотта). Однако несмотря ни на что, Гиммлер сохранил верность Гитлеру до самого конца. Это подтверждается в нескольких новейших посвященных ему работах. Речь идет о написанном Альбрехтом Тиреллем очерке «Фюрер был его богом» («Der Führer war sein Abgott»), книге С. Аронсона «Рейнхард Гейдрих и ранняя история гестапо и СД» («Reinhard Heydrlch und die Fröhgeschichte von Gestapo und SD»), но прежде всего об ином, на мой взгляд, подходе к личности и деятельности Гиммлера, который отличает книгу Иозефа Аккерманна «Гиммлер как идеолог» («Himmler als Ideologe»).