В последние дни (Эсхатологическая фантазия)

XXIX

Истекало трехлетие царствования Антиоха, и его правление, тяжкое для христиан с самого начала, постепенно становилось невыносимым. Декрет о поклонении статуе соблюдался с неукоснительной точностью. Полиция вела списки всем жителям, и ежедневно часть их была обязана являться на поклонение, с отметкой в списках. Неявлявшихся приводили силой, и в случае отказа воздать идолу чествование — немедленно подвергали смертной казни, то есть попросту убивали чем попало. Обязательное заклеймление печатью Антиоха сделало невозможным для христиан скрывать свою веру, а невозможность покупать все необходимое приводила к голоду. Никакая благотворительность не могла помочь, когда у всех истощились запасы. Что касается той помощи, которую оказывали отряды повстанцев, она не могла быть ни достаточно обильной, ни проникать в очень многие места. Слежение за христианами, облегчающееся по мере усовершенствования полицейских списков, подрывало возможность правильной организации общин. Один за другим рушились центры группировки христиан, и через несколько времени они могли жить с некоторой свободой только в глухих закоулках, в деревнях со сплошным христианским населением да в повстанческих отрядах. Но это была свобода дикого зверя, живущего до тех пор, пока его не застрелил охотник. Отряды правительственных войск всех десяти держав пробегали постоянно территории Союза, разыскивая, не кроются ли где такие самовольные жители. Преследуемые, когда могли, защищались, когда не могли — старались убежать. Часть их погибала в схватках, часть попадала в плен и предавалась смертной казни. В этом систематическом настойчивом гонении истинным чудом продолжало сохраняться значительное число убежищ, основанных старцем Иоанном во всех государствах Союза. Он постоянно объезжал их и своею молитвою, казалось, покрывал невидимой завесой безопасности. Но другие убежища были чуть ли не все открыты и разрушены врагами. Пал наконец и Вади Руми, который через свои тайники пропустил не одну тысячу христианских беглецов.

Один христианин, захваченный антиоховцами, не в силах был выдержать мучений и страха смерти и преклонился перед «иконой звериной». При допросе о том, где он доселе укрывался, он назвал пещеры Вади Руми, и туда был немедленно отправлен отряд. Ивана и Марию спасли только удивительные предчувствия Лидии, которая, возвращаясь из Иерусалима, остановилась у них на эту ночь. Она вдруг затосковала, встревожилась и решительно заявила: «Идет беда, идут враги, нужно сейчас же бежать». Зная уже ее предчувствия, Иван с Марией и несколькими беглецами, жившими в пещерах, быстро собрались, взвалили на мулов кое-какую провизию и покинули хутор. Они направились в кочевье арабов, родственников Марии, и были всего в нескольких верстах от хутора, как туда уже нагрянула полиция. Иван из-за пригорка видел, как прискакал отряд и рассеялся по Вади Руми. Никого не найдя, полиция оставила на хуторе засаду. Ивану и Марии, так долго спасавшим других, теперь пришлось самим укрываться, и они предпочли остаться со своими кочевыми родичами.

С этих пор, по их примеру, многие беглецы стали направляться в пустыню, живя иногда с арабами, иногда в собственных шатрах. Это было существование в самой тяжелой нужде, но зато свободное. Здесь под вольным куполом небес, покрывающим беспредельное пространство безлюдных скал и песков, изгнанники могли хоть беспрепятственно молиться Богу и громко петь псалмы, стихшие в Иерусалиме. В городе теперь уже нельзя было громко молиться.

Немногочисленные христиане, остававшиеся в Иерусалиме и других городах, за невозможностью иметь свои собственные квартиры, ютились где день, где ночь у сострадательных людей, по большей части у евреев и ренегатов. Евреи синагоги Эзры, показывая усердие к Антиоху и псевдо-Метатрону, были безжалостны даже к своим соплеменникам церкви Боруха. Но евреи чистого Моисеева закона не только не доносили на своих христианских братьев, но и укрывали их. На этом очень настаивал Кол Изроель Хаберим, выхлопотавший отмену «херема», в надежде, что евреи-христиане, разочаровавшись во пришествии Христа, возвратятся под крыло своей родной общины. Так укрывались иногда и христиане иноплеменные. Евреи приютили даже епископа Августина, по особой рекомендации Иуды Галеви, который для этого нарочно приезжал, так как Кол Изроель Хаберим считал полезным поддерживать всех врагов Антиоха.